Прямая случайность

Их встреча случайно произошла,
в этот день небо облаками заволокло,
он прогуливался спокойно, не спеша,
а она скиталась и была разбита, как стекло.
От ветра из глаза потекла слеза,
тонкие руки и пальцы холодны, как лед,
его тощее лицо бледное, как луна,
усталые глаза, в которых покой орет.
От его медленной и неуверенной походки,
шаги впитывает в себя асфальт,
ком прилип к уже сузившейся глотке,
его мысли только бурлят и бурлят.
Ее пухлые щеки покрыла краснота,
совсем запыхалась и голова кружится,
грязные волосы лезут ей на глаза,
покусаны губы и грязь на ресницах.
В груди застыл от дыхания холод,
локти болят и ноги не держат,
старая одежда, ворот давно испорот,
ее действия вызывают механический скрежет.
Он все так же шел, ни на что не взирая,
и она шла, волоча ноги к непонятной цели,
по дороге, каждый шел по своему краю,
но случайно они друг друга руками задели.
Его сердце мгновенно лопнуло от страха,
а она готова была сразу взорваться,
случайная стычка без целей и знаков,
повернувшись, начали тут же извиняться.
Страх и злоба ушли на второй план,
завязался разговор с приливом одобрений,
оценили друг друга лишь по глазам,
говорили о себе с радостью и сожалением.
В проявлении уверенности он решил
ее пригласить к себе домой, это было
сложно для него, он себя внутри корил,
соглашаясь, она сказала, что это мило.
Остаток вечера, да и последующие дни,
они провели за разговорами о друг друге,
они таяли в историях, представляя их,
не выходя за пределы прошлого хоть секунды.
Обнажив прошлое до мерзкого мяса,
вспомнив даже ненужные детали,
это почему-то добавляет окраса,
прошлое говорит больше, чем мы сами.
Общее прошлое их обвило связав,
детали всплывают от расширения общей улыбки,
плохо работают в детстве глаза,
поэтому совершают беспамятно чужие ошибки.
Она на себя мужество взяла,
а он никак себя проявить не может,
друг напротив друга по длине стола,
смотрит на него называя его «рожей».
А он замыкается в себе глубже,
молчит, не вступает с ней в контакт,
он понимает, что он ей особо не нужен,
быть безучастным он был бы только рад.
Они стали ближе, не могут по иному жить,
жизнь с началом, но без всяких продолжений,
в больные места могут только близкие бить,
а подчинение — это соглашение без возражений.
За руки ни разу не держались, да и зачем ?
Тем более, руки сжимаются лишь с хрустом,
зато жизнь без обмана и прочих измен !
На другую никто уже не потратит чувства.
И вот они оба жалеют о том дне,
что столкнулись глупо и нечаянно,
одни недовольства на лице,
и несчастье закопанное внутрь тайно.
А ведь все видно насквозь,
да и хорошие моменты иногда пробегают,
у всего есть свой износ,—
что-то быстрее, а что-то дольше погибает.
Дождик капает и капает по карнизу,
перегорела одинокая люстра,
вся жизнь идет только к низу,
безразличие — пик любого чувства.
И они будут жить, как раньше,
как живут все, друзья, родные, соседи,
зачем менять и идти дальше,
можно жаловаться, но не принимать усердие.