Сметь клоуна

Есть такой замечательный фильм "Хранители". И персонажи там не менее замечательные. Хочу начать эту историю цитатой Роршаха:

"Я как-то слышал анекдот: «Мужчина приходит к врачу. Жалуется на депрессию, говорит, жизнь груба и жестока, что он чувствует себя одиноким в угрожающем мире. Врач предлагает простой рецепт: «Великий клоун Пальячи сегодня в городе, сходите, это вас подбодрит». Мужчина взрывается слезами. «Но доктор», - говорит он - «Я и есть Пальячи». Хороший анекдот. Всем смеяться. Барабанная дробь. Занавес."

Самые грустные люди на свете имеют талант делать веселыми и счастливыми других людей. Порой они заходят настолько далеко, что их собственные счастье и радость размываются и стираются в угоду толпе. И вот после очередного вечера радости, ты сидишь перед зеркалом, снимаешь парик, красный нос, смываешь грим. Смотришь на свое отражение, а там грусть в глазах, мешки, размером с многотонный грузовик. А в голове, забившись в углу сидит мысль "когда все это кончится?". Ты идёшь на кухню, достаёшь бутылку виски и проводишь всю ночь наедине со льдом, стаканом и сигаретой. Чтобы на следующий день, с улыбкой до ушей и легким ароматом перегара, иметь возможность радовать окружающий мир. Но у всего есть свой предел, момент когда силы оставляют даже самых стойких. В этот момент ты возвращаешься домой, смотришь на себя в зеркало, достаёшь из стола револьвер. С улыбкой до ушей прикладываешь пистолет к виску и нажимаешь на спусковой крючок. Но ничего не происходит. Ты смотришь в дуло, крутишь барабан, подносишь к виску и нажимаешь вновь. Снова щелчок, выстрела нет. Снова прокрутка барабана, снова щелчок. Чем больше щёлкает впустую револьвер, тем меньше страха и тем сильнее смех. Спустя десять прокруток барабана ты заливаешься истерическим смехом, откровенно смеясь над жизнью, смертью, своим везением. Слезы, от безумного смеха заливают лицо, оставляя на гриме полосы, обнажая чёрную щетину. И вот, обессиленно ты опираешься на стол, глядишь на себя в зеркало пустыми глазами. Ты уже ничего не ждёшь, не ожидаешь, подносишь ослабленной рукой пистолет к виску, улыбаешься измученно своему отражению. Наконец вместо щелчка раздается выстрел. Ты наконец свободен.