Бархат
Сквозь сирены солнечный туман
Тихо пробирается по кромке –
Изловчившись, серый кардинал,
Медленно куря, стоит в сторонке.
Полотно, написанное маслом,
На стене висит не просто так –
Линии сошлись почти бессвязно,
Хитро подавая тайный знак.
Я, пожалуй, больше не раскаюсь –
Слишком вес тяжёлый у вины,
Не люблю, не жду, не зарекаюсь –
Мне известны правила войны.
Кто рискнул сказать, что люди – братья,
Если даже ты меня предал?
Остаётся только шелест платья –
Был прекрасен наш последний бал.
Скоро долгожданный юный май,
А внутри – волшебная карета,
Что из тыквы будто невзначай
Обрела иные силуэты.
Всё бы позабыть и вновь – с нуля,
Вот бы дать скорей дорогу чуду,
Но от ран отмыли короля –
Я твоим клеймом уже не буду.
У меня есть слабый жёлтый свет
Где-то там, на дальнем перекрёстке,
Только чёрно-белые полоски
Ни за что не выдадут секрет.
Я хочу огня страстей кипящих,
Я хочу, чтоб тело было живо:
Вот увидишь – я из настоящих,
А не тех, что временны и лживы.
Птицы просыпаются – весна
День рождает новый из-под снега,
В пол педаль – и машут из окна
Километры долгого пробега.
Я мечтаю слушать соловья
Где-нибудь на брёвнышке у речки,
Чтобы на заре другого дня
Жизнь опять не обгонять по встречке.
Только город нас не отпустил,
Не отдал последние билеты,
Ты смирился, да, но не простил –
Решкой вниз легла моя монета.
Я ступаю с корабля на бал,
Попадая в замок золочёный,
Только ты невесту не узнал –
Принц, давно со смертью обручённый.
Я покину это торжество –
Ничего, что снова буду крайней:
С жизнью мне не доказать родство,
Ведь её геном хранится в тайне.
День туманный взял и прояснился,
Расчищая вид на магистраль,
Но разгон с нуля не получился –
Непослушна ржавая педаль.
А душа коснулась темноты,
Что накрыла городские парки,
Я б пошла вперёд, но у беды
Даже черновик в сплошных помарках.
На кофейной гуще не гадай –
Неужели веришь в эти вещи?
А толпа трещит, как попугай,
Накрывая нас крылом зловещим.
Город вплыл в такой тягучий смог,
Что не видно масок маскарадных,
И безликий, но живой поток
Жабрами хватает воздух жадно.
Говорят и мне – перегоришь,
Зачеркнёшь неправильную букву:
Словно потерявшийся малыш,
Я бреду, в руках сжимая куклу.
Эти нити в дом не приведут,
Да и есть ли он, скажи, очаг?
Годы не седеют, но бегут,
Ускоряя сбившийся свой шаг.
Шлейф судьбы натянут до костей,
Жизнь – лишь комбинация из шахмат,
Что кладёт на временных гостей
Предзакатный плавящийся бархат.
© Екатерина Грайнман 2026
Из сборника "Танец Чёрной розы", 2026
Свидетельство о публикации №126032906114