Вавилон

А Вавилон — старый шарманщик без башки!
О, Вавилон, а он такой же, как и ты.
Где Вавилон — увидишь блеск в стенах зеркал,
И знай, что город;то не плох,
Всего лишь оголяет звон бесчеловечности ума!

О;о, Вавилон, звенящий скрежет голосов,
И вой сирен, и лязг бестактных молодцов,
Чтобы проверить мощь твоей души —
Он не ответит на мольбы!
Он не ответит на мольбы!

О, Вавилон, старый шарманщик без башки,
Он не устал от классовой борьбы,
Устроит кассовые сборы прямо посреди войны.
Он не бросает игры в иллюзорные твои мечты,
Он насаждает жажду материального, возни,
Имеет крышу про запас
(В отличие уж от тебя, прости).

О, Вавилон, старый шарманщик без башки,
Такой же он, отчасти прямо как и ты.
Он призван оголять твою же тень:
Ведь загляни — внутри всё то, что Вавилон усиливает лишь в разы.

О, Вавилон — солнца закат покажет в отражении окна.
Ты окружён, ты сам себе же враг, когда здесь он.
Он — Вавилон!
И перекличка света
В ночи инфраструктуры.

Старый шарманщик без башки —
Потоков времени смешки.
И где же ты среди толпы?
А Вавилон,
Он вскружит голову, как идиот,
Он обездвижит, разорвёт, ускорив жизненный поток!
Он на пределе! Он на пределе, прям как ты:
Потерян в теле, танцует в деле суеты.

Он многоликий пустозвон —
О, Вавилон!
Безумный шляпник, жадный он.
Монеты звон — услышит звук
И тут и там,
И там и тут.
Богатство духа заменит он купюрой сухо,
Подсыпав яркие огни, чтоб незаметно пролетали дни.

О, Вавилон…
Коварен он.
Но выбор только за тобой:
Поддаться слабости своей, использовав сей инструмент во вред,
Покушав с ложки Вавилона то, что оголяет стон
Изнемогающей души,
Или направить силу воли в мощь, отбросив сеть зависимостей прочь,
Надиктовав ему свои лишь правила игры,
Сказав спасибо за предоставленные всем уроки.

Ах, что ж, тебе невмоготу?
Тогда стони, душа, ещё
И прячься в лес с флаконом яда,
А Вавилон — приспешник ада — продолжит тень питать твою!
Ведь Вавилон,
Такой же он на самом деле, как и ты,
А ты то — в нём!
И слепят вывеск.

О, Вавилон — старый шарманщик без башки,
Танцует он, выплясывая боль нашей тоски,
Чтобы энергии броски расплёскивались там и тут,
Не собираясь воедино в теле, не доходя до рук, а отправлялись дальше в вышки!
Я слышу стук! О, кто же это?
Вавилон!
Выкрикивая разных стаек стон.
Ох, он силён,
Но без толпы он — пустой звон!

О, Вавилон, как болен он…
Как я и ты,
Как ты и он!

По телу — ЭМИ, радиоволна,
Пошла по венам улиц, пластмассовая красота.
Всё натуральное — во вред, да в городе его и нет.
А людям и не надо: они в тюрьме синтетики погаснуть рады.
И перекличка света в темноте!

В ночи огней не различим,
Наутро сменим тысячу причин — всему виной, мы скажем, Вавилон,
Безбашенный диджейский рой
Во славу гедонизма на месте он прикажет — стой!

О, Вавилон, звенящий скрежет голосов,
И вой сирен, и лязг бестактных молодцов,
Он не устал всех расставлять
По полкам классы, бл*ть, сортировать!
Пойди успей поймать волну.
О, Вавилон — подсыплет льда в тепла сердечного твою казну,

Старый шарманщик без башки,
Такой же лютый, как и ты,
Такой же звонкий и простой,
И деловой, и озорной.
На крыше свесит ноги он —
Увидишь искр стеклянных глаз,
Внутри которых целый класс работников систем и масс,
Что смотрят сверху, свысока,
Оценивая всё, как все,
Чтобы одобрил он.
Он — Вавилон!

О, Вавилон,
Пойди найди ты место в нём.
Он здесь кипит, он в нас с тобой борьбой смердит.
Не денешься, сколько ни вой, — ты от него надолго не умчишь,
А победишь лишь, если приручишь. А знаешь как?
Спроси у духа своего — покажет знак!

О, Вавилон, старый шарманщик без башки,
Диктует правила, а ты —
Не поддавайся на уловки!
И пой свои ему псалмы, речёвки,
Чтоб закалялась сталь души
Назло системе рабской, на всё клеймящей ярлыки.