Ответишь ли?

Ответишь ли? Но я не задавал никаких вопросов. Спросишь ли? Но так же и Ты не желаешь спрашивать. Куда идёт слово? Только здесь, где все слова столкнулись, возможен и вопрос, возможен и ответ. Но кто задаст вопрос? Уже настолько истощилось мое вопрошание этой бездною вопросов, как будто Ты на них ответила. И вот, Ты спрашиваешь, когда я даже не пойму, из каких слов соткан Твой вопрос? И на каком языке отвечать? Может быть, на языке любви? Но и язык отчаяния и пустоты подходит не меньше. Что Ты говоришь? Как будто истощаешь мою речь день за днём, и вместо воздуха дышу пустотой, вакуумом, о котором и говорю с Тобой. Просишь молчать? Но как бы я мог говорить, если даже Ты молчишь, Ты первая начинаешь говорить, только первого Твоего слова и жду. И как нелепо, как смешно, как ничтожно звучит, когда первым говорю я! И как смешно Тебе слушать меня, ибо отскакивают все слова мои от Тебя, как от стены - мне до Тебя не достучаться! Ты слушаешь меня, но более Ты смеёшься, каждое слово мое невероятно забавно в своей ничтожности, как будто раб посмел возражать господину. И вот, я говорю, неужели я возражаю? Если бы было какое-то Твое слово, то я бы мигом со всем согласился, но никакого слова нет. Только с молчанием Твоим и спорю, только с молчанием Твоим и состязаюсь - кто сильнее? И когда молчание Твое побеждает, неужели я так и остался рабом, рабом Твоего молчания?