Бункер

На старой карте точка без названья,
Пролом в бетоне. На ступенях мхи.
Мы входим в прошлое, в окно молчанья,
Где с паутин сбежали пауки.

«Входите. Здесь холодная война,» —
Сказал наш гид, лучом по стенам рыща.
«Здесь ждали, что последняя волна,
Огня, сметёт и выстелет кладбища».

Железный скрежет, воздух как цемент,
Ряды безликих, марлевых повязок...
Здесь жизнь ждала в консервах свой момент,
В коробках из потертых «Мер», «Указок».

«Вот койки. Двести душ. От фильтров соли.
Запас тушенки — лет на восемьсот.
Здесь каждый знал единственные роли:
Быть семенем, что после прорастёт».

Здесь верили: снаружи только гарь,
И лишь они, под толщеной забвенья,
Услышат, как небесный секретарь
Прошепчет им: «Сегодня день рожденья».

Мы шли, молчали. Голос гида стих,
Потом пророс, как травы из-под плит:
«У каждого свой бункер. Личный. Тих.
И свой запас — из веры и обид».

«Один плетет из ритуалов дом,
Другой свой страх шлифует до цинизма.
И каждый держит под стальным замком
Консервы смыслов, веры, эгоизма».

…Проржавил петли люк. Поток лиловый
С небес ударил, ослепив на миг.
Мы вышли. Горизонт свинцово-новый,
И ветра незнакомый, резкий крик.

Стоял наш город, что не покидали,
Но что-то в нем сломалось навсегда.
Высотки — как деревья или сваи.
Дороги — как аорты в никуда.

Над головой — не синий купол мая,
А свод, подпертый фабриками труб.
И понял я, перила обнимая:
Наш Мир наружный — тот же самый "сруб".

Огромный бункер, чуть просторней душный,
Где каждый — сам себе и страж, и пленный.
Где ждут сигнала — тише равнодушных,
И смотрят в телескоп на край вселенной.

И где граница? Где черта, что делит
Разумный счет и панику в крови?
Когда побег от жизни в жизнь нацелен,
Становиться могилой для любви?

Я поднял взгляд. Закат стекал по стеклам,
По крышам, по асфальтовым заплатам.
И вдруг подумал, внутренне поблекнув:
А я-то сам… закончил ждать расплаты?

Когда я перестал сверять прогнозы,
Искать знаменья в трещине стены?
Когда мои душевные занозы
Я перестал готовить для войны?

Не помню миг, когда отпала крайность,
Когда исчез мучительный озноб.
Когда я принял эту ненормальность,
И вышел из себя, как будто в гроб...

Как вышел из себя?.. Нет, как из гроба.
На воздух. На прогулку. Без зонта.
Не строя планов, не сверяя пробу.
И делал шаг, как чистого листа?


*** © Бойков Ю.Б. (29.03.2026) ***