Кызыл-Фук взлетает на небо. Из эпоса Нарты

КЫЗЫЛ-ФУК ВЗЛЕТАЕТ НА НЕБО

(Из карачаево-балкарского эпоса "Нарты"

Из чулана следила за всем Ак-бийче,
О зиндане узнавшая и о ключе.
 
Не сыскались в именье другие ключи,
Но бийче пробиралась к зиндану в ночи.

Там отверстие было в стене меж камней,
О котором известно одной только ей.
 
Через эту дыру Кызыл-Фук от нее
Принимал еженощно еду и питье.
 
Все ж на волю ему невозможен побег –
Путь заказан ему. Между тем Ёрюзмек
 
Оседлал Генжетая, проведать  решив –
Принял смерть Кызыл-Фук  или все еще жив.
 
И на оклик в ответ донеслась к нему речь:
- Если нарты мне жизнь согласятся сберечь,
 
Возмещу все утраты я людям и вновь
Возвращу себе имя Хымыч и любовь.
 
Нарты юноши девять арканов сплели –
Поднят был Кызыл-Фук на поверхность земли.
 
В дом придя, окликал он с порога жену:
- Если прежнее имя себе я верну,
 
Власть возьмет надо мной этот нартский юнец,
У которого, помню, угнал я овец.
 
И в отместку он шутку со мною сыграл –
Он с печаткой кольцо у меня отобрал.
 
Вещих сил я лишен. Ты должна мне помочь.
Говорят, что мальчишка до женщин охоч.
 
А с твоей красотой как желанной не быть?
Ключ найди к его сердцу и перстень похить.
 
- Нет. Не чары мои, не твое колдовство –
Только время поможет осилить его.
 
Чтят и любят в народе его неспроста.
Да, один он – но сила и доблесть в нем ста!
 
На земле он настигнет тебя, так и знай!
Ввысь, на небо, в хрустальный дворец угонзай.
 
Облачись в оперенье орла и лети –
А в назначенный час возвратись, отомсти.
 
Фук спасался на небе в хрустальном дому,
Но покой и свобода не в радость ему.
 
Адской злобой по-прежнему он обуян,
И хрустальный дворец ему тот же зиндан.

(С балкарского, подстрочник Мурадина Ольмезова)