И ещё немного о нём

Он перестал давно летать во сне —
Сломались крылья, даренные небом.
Он больше не мечтал о той весне,
Что отгорела, превратившись в небыль.
Он не горел, он тихо догорал,
Скитаясь по знакомым переулкам,
Знакомых мест в упор не узнавал —
Наверно, так лишаются рассудка,
Так сходят мокрой осенью с ума,
Приняв дожди за звонкие капели,
С рассветом убегая со двора
Искать пути в страну, где менестрели
Восторгом удивительных баллад
В душе озябшей пробуждая чувства,
На языке влюблённых говорят,
Понять который целое искусство.
Он разучился верить в чудеса,
Когда ступал по лезвию кинжала,
Не  слышал в шуме ветра голоса,
Молившие жизнь начинать сначала,
Он научился в зябкой тишине
Читать не им начертанные строки
И находить в заброшенной главе
Мечты разбитой острые осколки.
Забыл, как доверять апрельским снам,
Поверив беспросветности пророчеств,
Он письма одиночеством писал,
Не относя конвертиков на почту.
Сроднившись духом с плачущим дождём,
Он вместе с ним гулял по тротуарам,
Не прячась под сиреневым зонтом,
Не пряча руки в глубине карманов...
А после ливня радуга взошла,
И он внезапно понял, что не вечна
Упавшая на мир ночная мгла —
Черешней будет пахнуть тёплый вечер,
Откроется незапертая дверь,
Ведущая в сиреневые дали,
И притупятся боли от потерь,
Покинут душу горькие печали...