67 Девушка из моря. перевод

Жил-был один падишах; имя его было Жахан Шах. У этого Жахан Шаха была жена и трое сыновей.
В один прекрасный день этот Жахан Шах отправился на прогулку; шёл он, шёл и дошёл до морского берега.
Когда он смотрел на море, из моря появилась девушка, поманила его рукой и снова ушла в воду.
Этот случай очень удивил Жахан Шаха, он задумался.
«Если эта девушка завтра выйдет из моря, то я прикажу своим солдатам поймать её», — так подумав, он снова отправился на этот морской берег вместе со своими солдатами.
И в этот день девушка, выйдя из моря, поманила рукой падишаха. Падишах приказал своим солдатам:
— Схватите эту девушку и приведите ко мне.
Когда они зашли в море, девушка снова ушла под воду, скрылась.
Солдаты все утонули. Этот случай очень огорчил падишаха, и он занемог; его глаза ослепли.
Спустя некоторое время падишах позвал к себе старшего сына и сказал:
— Сын мой, если ты добудешь землю с того места, где не ступала нога моего коня, то я выздоровлю, если нет — я умру.
— Хорошо, отец, — сказал старший сын, сел на своего коня и отправился в путь. Когда он дошёл до места в один день пути, он с этого места наполнил землёй свой хурджин и отправился назад. Когда эту землю показали Жахан Шаху, он сказал:
— Эй, сынок, до того места, откуда ты принёс землю, мой конь за один день дойдёт; от этой земли я не исцелюсь.
Когда отец сказал так, то средний сын сказал:
— Я принесу тебе лекарство, дорогой отец.
 Сел на коня и уехал. И он тоже, пробыв в пути два дня, добыл лекарство и вернулся.
Отец, взглянув на лекарство, сказал:
— До того места, где ты достал лекарство, мой конь доскачет за два дня, и от этого лекарства я не исцелюсь.
Тогда младший сын:
— Теперь я принесу тебе, отец, лекарство, — сказал, сел на своего коня и уехал.
Ехал он один день, ехал два дня, ехал три дня, и на четвёртый день он добрался до одного моря. Тут он спустился с коня и начал размышлять. В это время конь подошёл к нему и сказал:
— Эй, юноша, почему ты задумался? Ты ударь меня плетью так, чтобы мясо вошло в кости, а кости — в мозг, и я окажусь на другом берегу моря.
Когда он так сказал, юноша очень обрадовался и очень сильно ударил коня плетью. Конь, подобно ветру, помчался по морю; тут на поверхности моря оказались два драгоценных камня (жемчужины), юноша протянул руку, схватил один, положил к себе в карман. Когда они достигли той стороны моря, он попал в один город. Здесь этот юноша нанялся в работники к одному купцу. Днём он работал вместе с ним, а ночью спал в отдельной комнате. Однажды ночью этот юноша сидел в комнате, он вспомнил о драгоценном камне, ему захотелось посмотреть на него, и как только он вытащил его из кармана, комната залилась светом. Он тут же потушил лампу и положил этот камень на подоконник.
Так или иначе, однажды ночью этот камень увидел один кечаль, который возвращался ночью с игры в карты. Он тотчас пришёл к падишаху и сказал:
— Падишах, да продлятся твои дни! В доме такого-то купца есть одна очень ценная вещь, которая излучает такой свет; если она кому и подобает, то только тебе, другим она не подобает.
Падишах дал кечалю немного денег, тот обрадовался и ушёл.
На следующий день падишах отправил своего визиря и велел позвать этого купца. Купец пришёл и сказал:
— Падишах, я слушаю тебя?
Падишах сказал:
— Мне нужно, чтобы ты отдал мне ту драгоценность, что в твоём доме, если нет — я казню тебя.
— Падишах, да продлятся твои дни, у меня нет такой вещи, о которой ты говоришь, если она есть у моего работника, я не знаю, — сказал купец.
— Ладно, сейчас же позови сюда своего работника, — приказал падишах.
Купец ушёл и вернулся со своим работником. Падишах спросил его:
— Есть ли у тебя вещь, которая излучает такой свет?
— Есть, падишах, да продлятся твои дни, — сказал работник и принёс ту драгоценность падишаху.
Падишах очень обрадовался, он отпустил их. Спустя один день кечаль снова пришёл к падишаху и сказал:
— Да продлятся твои дни, падишах! Жемчужины по одной не бывают, они бывают парами. Ты скажи тому, кто принёс тебе эту жемчужину, что они бывают парами; если он не принесёт и другую, то я тебе отрублю голову.
Падишах снова дал кечалю немного денег, кечаль обрадовался и ушёл. Затем он приказал снова позвать юношу, который отдал драгоценность, и сказал ему:
— Эти драгоценности не бывают по одной, они бывают парными; ты если найдёшь и отдашь мне другую драгоценность — хорошо, если нет — я отрублю тебе голову.
— Хорошо, падишах, — сказал юноша и отправился опечаленный к своему коню.
Конь, узнав причину его печали, сказал:
— Не печалься, юноша, мы найдём и ту другую драгоценность.
Снова юноша сел на коня и отправился к морскому берегу. Едва эта драгоценность появилась на поверхности моря, он, подъехав, схватил её и принёс. Эту драгоценность он тоже отдал падишаху, а сам вернулся к себе.
На следующий день кечаль снова пришёл к падишаху и сказал:
— Падишах, да продлятся твои дни, эти драгоценности не могут быть без владельца, у них есть владелец. Ты скажи ему: эти драгоценности не могут быть без владельца, у них есть владелец; если ты не принесёшь мне владельца этих драгоценностей, я убью тебя.
Падишах снова дал игроку денег и отпустил. Затем он снова приказал позвать юношу:
— У этих драгоценностей есть их владелец; если ты не отдашь мне их владельца, я убью тебя.
— Хорошо, падишах! — сказал юноша и отправился к своему коню.
Снова он сел на этого коня и поехал к морскому берегу. На этот раз конь сказал ему:
— Смотри, юноша, владелица этих драгоценностей — очень красивая девушка. Мы отправимся в глубину моря, затем, придя, найдём место, где находится эта девушка; там есть один хороший сад, а в том саду есть бассейн, мы придём и будем ждать у того бассейна, затем девушка подойдёт и скажет тебе:
— Что ты хочешь, брат?
Ты скажи:
— Сестра моя, дай мне немного воды.
Она скажет:
— Слезь с коня, подойди.
Ты скажи:
— Сестра моя, мои губы потрескались, я не могу пить воду из водоёма, дай мне воды в пиале.
Затем, когда она даст тебе воды в пиале, ты схвати её за руку, подними вверх, потом я подтолкну её головой снизу, бросим её на мою спину, после этого мы вынесем её на поверхность моря. Если всё так получится — то хорошо, но по-другому мы не сможем её доставить на берег. Теперь сядь на меня, закрой глаза и ударь кнутом так, чтобы мясо вошло в кости, а кости — в мозг.
Юноша сел на коня, закрыл глаза и сильно ударил коня один раз плетью.
Конь вместе с юношей, словно пуля, устремился в море. Через некоторое время они опустились. Когда юноша открыл глаза и посмотрел, он оказался возле бассейна; поручение, данное его отцом, не вышло у него из головы, он наклонился, сорвал с земли пучок целебной травы, положил её в карман и снова сел на коня. Через некоторое время эта красивая девушка подошла и спросила его:
— Что ты хочешь, юноша?
— Сестра моя, — сказал юноша, — дай мне немного воды напиться.
— Слезь с коня, подойди к водоёму, — сказала девушка.
— Сестра моя, мои губы потрескались, я не могу пить воду из водоёма, откуда пьют; дай мне воды в пиале, — сказал юноша.
Когда девушка принесла юноше пиалу с водой, он, схватив её за руку, потянул вверх, а конь подтолкнул её снизу головой, и девушка оказалась в объятиях юноши. Затем юноша с такой силой ударил коня, что мясо вошло в кости, а кости — в мозг, и сразу конь вынес их на морской берег.
Когда они уже направлялись к падишаху, девушка спросила у этого юноши:
— Юноша, скажи-ка, ты меня везёшь себе или кому-то другому?
— Если бы я вёз тебя себе, разве я был бы так печален?.. Я везу тебя другому, — сказал юноша.
— Кому везёшь, скажи-ка?
— Одному постаревшему, дряхлому падишаху.
— Хорошо, — сказала девушка, — мы сделаем одно дело, мы устроим этому падишаху западню. Когда я войду в его дом, я скажу ему: «Согласно обычаям наших отцов, мужу и жене следует три месяца жить порознь, а через три месяца они идут в баню, и тогда они становятся настоящими мужем и женой». За эти три месяца ты оставайся на море. Там появится кобыла, ты подои её и принеси молоко; затем, когда падишах пойдёт в баню, ты пойди туда раньше него и спрячься, а когда он снимет одежду, ты полей это молоко на его спину и скажи: «Стань либо свиньёй, либо собакой». Из него получится либо свинья, либо собака. С этого момента мы будем вместе.
— Хорошо, — сказал юноша обрадованно. Он отвёз девушку к падишаху. Падишах остался доволен этим юношей; юноша вернулся к себе домой.
На следующий день юноша снова сел на своего коня и отправился к морскому берегу.
Снова конь сказал ему:
— Смотри, юноша, когда на поверхности моря появится эта кобыла, я брошусь в море, ты оставайся здесь; когда мы начнём здесь сражаться, на поверхности моря появится кровь, если до обеда меня не будет, то забудь обо мне.
Через некоторое время кобыла вышла из воды, конь тотчас бросился в море, схватил кобылу, они начали сражаться, биться, кусая друг друга, и ушли под воду. Через некоторое время на поверхности моря показалась красная кровь, всё море покраснело. Юноша от волнения онемел, не в силах вымолвить ни слова, смотрел на море. Через некоторое время кровь с моря спала, конь, схватив кобылу, вернулся к юноше. Юноша очень обрадовался, подоил кобылу и отпустил её в море.
Прошло три месяца, падишах приготовился идти в баню вместе с этой девушкой, юноша тоже, опередив падишаха, взяв с собой молоко, спрятался в бане под скамьёй. Падишах прибыл на фаэтоне вместе со своими аскерами. Все солдаты, весь народ остались на улице, падишах с девушкой вошли в баню. Когда падишах захотел раздеться и войти в воду, этот юноша, выйдя из-под скамьи, облил его спину молоком и сказал:
— Стань либо свиньёй, либо собакой.
Тут же падишах превратился в собаку и с лаем выскочил из бани, и убежал. Народ, собравшийся на улице, бросал в неё камни, и она убежала в горы. Спустя некоторое время юноша и девушка вышли из бани, сели в фаэтон и отправились в дом падишаха. Народ подумал, что вместо их старого, дряхлого падишаха стал молодой. Этот юноша стал падишахом, а эта девушка стала его женой.
Прошло некоторое время. Юноша вместе со своей женой отправился на родину к отцу. Когда они пришли в дом отца, он спрятал свою жену в отдельной комнате и скрыл её. Затем он пошёл к отцу и отдал ему ту землю, что добыл со дна моря. Глаза отца открылись, он прозрел.
Прошло три месяца. Однажды, когда жена младшего сына падишаха выливала воду с айвана, её увидел падишах.
— Ах, — сказал падишах, — из-за этой женщины сколько моих солдат погибло в море, а потом я не смог её заполучить, но теперь её получил мой сын, я этого так не оставлю.
Он, придя домой, сказал своей жене:
— Сегодня ночью убью моего сына и заберу ту женщину.
Когда она услышала эти слова, жена падишаха пришла к своему сыну (младшему) и сказала:
— Сын мой, сегодня ночью твой отец хочет убить тебя, выходи и беги.
Юноша вместе со своей женой в ту же ночь вышли тайком и убежали. Шли они, шли и добрались до одного моря. Когда они оглянулись назад, сзади шли войска отца. На берегу моря был один лодочник, юноша сказал этому лодочнику:
— Брат мой, сзади нас идут враги, мы в опасности, пожалей нас, перевези нас на лодке.
Лодочник сказал:
— На моей лодке нельзя перевезти двоих, больше места нет; хочешь — сам садись, хочешь — посади свою жену.
Юноша посадил свою жену в лодку и отправил, а сам спрятался на морском берегу. Войска падишаха подошли к морскому берегу, и, так как эта женщина и юноша им не попались, они, постояв, ушли. В это время лодочник вместе с женщиной отправился на ту сторону моря. Женщина здесь осталась у лодочника, а сама пошла собирать арбузы. Женщина узнала о дурных намерениях, замыслах этого лодочника и бежала в лес.
Пока она шла по этому лесу, на неё наткнулись сорок разбойников; каждый из них, говоря «эта женщина моя», стал на неё притязать.
В это время женщина сказала:
— Вас сорок человек, я одна; сорока мужчинам не бывает одной жены. Хорошо, если вы бросите жребий между собой, и кому выпадет, той и буду я. Сначала приготовьте мне чай, я устала и запыхалась.
Разбойники согласились на это предложение, сказав, что приготовят женщине чай и напоят её, а затем и сами напьются, и сели в одном укромном месте на зелёной лужайке. Женщина тотчас начала готовить чай, она приготовила чай и всё прочее. Затем она налила им чай, и когда они, ни о чём не подозревая, его выпили, в чай было подмешано снотворное, и тогда она сказала им:
— Если я вам нравлюсь, выпейте все вместе чай за моё здоровье.
Не успели они выпить чай, как сорок человек сразу попадали замертво. В это время женщина сняла с одного одежду, оделась сама, она убежала от них и пришла в один город. Здесь она встретила одну старуху и сказала старухе:
— Бабушка, не примешь ли ты меня в гости?
— Отчего же не принять, дочка! — сказала старуха и привела её к себе домой.
Они пришли и сели. После того как они поели-попили, женщина спросила у старухи:
— Бабушка, какие в вашем городе новости?
Старуха сказала:
— Дочка, несколько лет назад наш падишах умер; каждый вечер выпускают сокола, и на чью голову этот сокол опустится, тот и станет падишахом, но до сегодняшнего дня ни на чью голову он не опустился, поэтому в нашем городе нет падишаха.
Тогда этот переодетый юноша сказал:
— А он не опустится на мою голову, дорогая бабушка?
— Не знаю, сынок, — сказала старуха.
На следующий день этот парень-девушка пошла к тому месту. Едва она подошла, сокол опустился на её голову. После этого она стала падишахом города. Когда женщина стала падишахом, она позвала художников, которые рисовали портреты, велела нарисовать свой прежний портрет в том же виде, что и раньше. Этот портрет она приказала поставить на дороге у одного родника и там же поставила стражников, сказав им:
— Тот, кто, подойдя к этому роднику, увидит этот портрет и глубоко вздохнёт, схватите его и приведите ко мне.
— Хорошо, падишах! — сказали стражники.
Спустя несколько дней один человек, проходивший мимо этого родника, подошёл и сел; едва он увидел портрет, как глубоко вздохнул.
Тотчас стражники схватили его и привели к падишаху. Едва она взглянула на него, как узнала в нём отца своего мужа.
— Киньте его в коровник, — приказала падишах. Затем к роднику пришли разбойники, и они тоже, увидев портрет, глубоко вздохнули. Их тоже стражники привели к падишаху. Она велела посадить их в одну старую темницу и закрыть двери на замок.
Затем лодочник тоже пришёл к этому роднику и тоже тяжело вздохнул. Его тоже стражники схватили и привели к падишаху. Падишах велела и его посадить в ту же темницу. Наконец, к роднику пришёл и её муж. Увидев этот портрет, он глубоко вздохнул, застонал. Стражники тотчас схватили его и привели к падишаху. Едва она взглянула на него, как узнала своего мужа.
— Этого человека отведите в покои и хорошо покормите-напоите, — приказала она.
В это время женщина-падишах велела объявить всему народу города: пусть завтра все придут на площадь, и будет суд над теми, кто, увидев портрет, вздыхал. На следующий день весь народ собрался на площади. В это время женщина-падишах приказала привести арестованных на площадь. Когда заключённых привели, она каждого из них спросила по отдельности: почему ты, подойдя к этому роднику и увидев этот портрет, вздохнул? Сначала она спросила отца своего мужа. Он ответил:
— Когда я был падишахом одной страны, я отправился на прогулку, дошёл до морского берега, и тогда девушка, изображённая на этом портрете у родника, выйдя из моря, поманила меня рукой, а затем снова ушла в море, из-за неё я потерял несколько тысяч своих солдат, поэтому, увидев её портрет, я вздохнул с досады.
Затем лодочник дал ответ:
— Однажды я со своей лодкой подошёл к морскому берегу, ко мне подошли одна женщина и один юноша. Юноша, будь что будет, посадил эту женщину в лодку и отправил на ту сторону моря, спасаясь от врагов, которые гнались за ними. Я тоже посадил эту женщину в лодку и отправил на ту сторону моря, но затем женщина осталась у лодки, а я ушёл купить арбузы; в это время эта женщина убежала и спряталась от меня. Этот портрет — портрет той самой женщины, которую я увидел, поэтому, взглянув на него, я тяжело вздохнул.
После лодочника ответили атаманы разбойников:
— Когда мы в одном лесу охотились, нам встретилась эта женщина, она сказала нам: «Я одна, вас сорок, сорока мужчинам не бывает одной жены; бросьте жребий между собой, кому выпадет, той я и буду, но сначала вы дайте мне немного чаю: я очень устала». Мы согласились; затем она подмешала в чай отраву, мы все лишились чувств, а сама убежала и скрылась, поэтому, увидев этот портрет, мы вздохнули.
Наконец, очередь дошла до того юноши, который был мужем этой женщины. Женщина-падишах посмотрела на стоявшего перед ней юношу. Он стоял, опустив голову, смущённый. На его лице было горе. Он ждал вопросов и наказания, которые ему даст падишах. Женщине жалко было его, но она ещё не открыла своей тайны. Народ тоже ждал.
Падишах спросила:
— Увидев этот портрет, почему ты вздохнул, юноша?
Юноша тихо поднял голову, но не смог дать ответ.
— Отвечай же! — крикнул ему старший визирь падишаха.
Но от юноши не было ответа.
— Я жду! — сказала падишах громко.
— Я боюсь, что вы мне не поверите, — сказал юноша, сжимая руки.
— Если хочешь, чтобы тебе поверили, говори как есть! — приказала падишах.
— Если не скажешь как есть, наказание будет очень суровым.
Юноша, у которого выступил холодный пот на лбу, успокоив своё волнение, сказал:
— Падишах, да продлятся твои дни, эта девушка, что на портрете, была моей женой… Да, да. Я искал её… Внезапно, увидев её портрет, я не смог сдержать себя: я глубоко вздохнул и заплакал… Я всё рассказал, — слёзы потекли из глаз юноши.
Визирь прошептал падишаху на ухо:
— Похоже, этот юноша говорит правду. Мне его жалко.
Падишах кивнула. Народ ждал ответа падишаха.
— Эй, люди, что они сказали, вы слышали? — спросила падишах.
— Да, слышали! — ответили люди.
Падишах снова обратилась к народу и сказала:
— Та женщина, о которой говорят эти люди, — это я.
Люди изумились.
— Эта женщина — я! — повторила она и сняла с головы корону. Люди увидели её прекрасное, сияющее лицо и длинные чёрные волосы.
— И этот юноша — мой муж! — женщина надела свою корону на голову юноши. — С сегодняшнего дня вашим падишахом будет этот человек, — объявила она.
Люди возликовали. Затем, с согласия народа, виновным были вынесены такие наказания: отца юноши посадили на хромого ишака, подожгли и пустили; атаманов разбойников на год отправили на карьер добывать камни; лодочника отпустили на свободу.
Семь дней и семь ночей играли на свадьбе, заново отпраздновали свадьбу юноши, ставшего падишахом, и девушки моря. Я тоже была на той свадьбе, я там ела плов, пила вино: только усы промочила, а в рот ничего не попало.
И их всех там оставила, а я вернулась сюда и сложила вам этот дастан.