Агнец

Желая посетить неблизкое село,
А в нём товарища по службе полковой,
Я выехал верхом, пока не рассвело.
Ущербная луна висела над горой.

Меня сопровождал двухлеток, жеребёнок,
Я взял его с собой презентом другу.
Он шаловлив был, как котёнок,
И в озорстве «летал» по кругу.

Пегас был с матерью похожей масти
И в голосе  звучали нотки кобылицы,
Оливы плод напоминали глазки,
А ноги тонкие, подвижные, как спицы.

В безветрии вдруг завилась позёмка,
Когда околица осталась позади.
Позёмка для пурги причина ёмкая,
Но я не пожелал свернуть с пути.

После полудня пала снежная крупа,
Порывистый с небес сорвался шквал,
За снежной пеленою санный след пропал
И накатилась буря, как девятый вал.

Я пристегнул Пегаса к недоуздку,
В кромешной тьме мы продолжали путь.
Проваливались лошади по «гузку»,
Нас посерьёзней ожидала жуть.

По сторонам заснеженной дороги
Вдруг засветились злые огоньки.
Нас предали языческие боги,
Я понял, что без жертвы не уйти.

Пегас, измученный, нам тормозил движение,
А волки взяли в Адово кольцо.
Судьба мне отказала в этот день в везении.
Я заглянул в оскаленное гибели лицо.

Жестокий выбор поднялся ребром:
Остановиться, став зверей добычей
Иль зарубить Пегаса-агнца топором.
Необходимый и спасительный  обычай.

Мы уходили, огоньки погасли.
Я слышал в ужасе рычание тварей.
Мелькнул луч лунный сквозь ненастье
Слезинкой  скорбных глаз кобылы, карих.
26.03.26