С Шекспиром в унисон Мир - театральные подмостки

28.03.2026.
Послушала на Арзамасе три мини-лекции театроведа Давыдовой о театре эпохи Возрождения в Англии елизаветинского периода. Про театр до полного запрета в 1642 на 20 лет. О театральном авторе, современнике Шекспира - Кристофере Марло с разбором его пьесы «Доктор Фаустус», той, которую потом Гёте возьмёт за основу, как и героя, впервые придуманного необычным англичанином, сыном сапожника, поднявшемся из низов, закончившим Кембридж, ставшим вольнодумным писателем и творцом, а еще разведчиком для Англии в 15 веке. Интересно было узнать о шекспировском театре, о пьесах и постановках, где есть отголоски моралите и мистерий в виде эмблем-символов, разделом сцены на верх – небеса, низ – ад, средний уровень – земля, мир людей, лево – зло, право – добро, вкраплениями пантомимы, которая подчеркивает смысловой контекст. Зацепилось сознание за слово «лицедей, лицедейство». Нашла оригинал самой известной фразы из пьесы «Гамлет», перевела её, как мне кажется, более точно и написала к ней свой #ПарафразНаТему или #СКлассикамиВУнисон
Эпиграф
«All the world's a stage,
And all the men and women merely players:
hey have their exits and their entrances;
And one man in his time plays many parts...

Мир – театральные подмостки, и на них
Все женщины, мужчины – лицедеи
Всегда. Вход-выход – лишь сценический язык,
И всякий многажды играет часть идеи.

#БрунаТворчество #БрунаСоТворчество
Шекспиру вторя, я продолжу размышлять…
Что лицедейство? – Жизнь. На лицах – маски,
А может лик обличие принять
Неведомого? Стать за гранью сказки

И мифа чем-то большим? Кто ответ
Всем точный даст? Нам - женщинам, мужчинам,
Которые бредут сквозь толщу лет,
И бред несут, а кажется, - глубины,

Высоты смыслов, духа? Кто же мы?
Кто имярек, покинувший безмолвье
Небытия и жаждущий судьбы
Признания, фортуной к изголовью,

Чтобы склонилась? Только краток миг
И весь наш мир для действа лиц. Лишь случай
Раздвинув занавес, направит светлый блик -
Экстаз-триумф… И снова будет мучить

Трагедией. Амбивалентный смех
Раздастся – так могильщики над гробом
Смеются, понимая, что успех –
Комедия, и развлеченья проба

Пера Нездешнего, что Небеса хранят,
И ад стенает всем для назиданья.
Моралите естественное: факт -
Лишь акт в священнодействе мирозданья.

И всяк его трактует так и сяк,
И каждый подбирает ключик к дверце
Своей. И каждый сам себе – дурак,
Бревно в глазу торчит, и в пятках сердце,

Когда уж пьеса катится в закат,
К финалу приближаясь беспощадно,
Актер не отмотает всё назад,
И не переиграет статус стадный

И стыдный. Вдруг разверзлась бездна звезд,
Глядящая Всевидящим прозреньем…
Так Гамлет умер, чтоб Шекспир воскрес?
Макбет, Отелло – все покорны сцене,

Как ты и я, как каждый средь толпы,
Невидимый в своей душе незримой,
Ангажемент нам дал агент Судьбы,
Чтоб мы играли, слов и пантомимы

Достаточно, всё роздано сполна,
Но объясненья, цели, сверхзадачи
Все в одиночку ищут… А цена
За действо-жизнь? Удача с неудачей…