Самум. Акт II

АКТ II

Хансарай. Один из залов. Ш а х и д ж а н  и  М а х и м.

М а х и м
Что с нами будет, мама? Неужели
Повесить нас решится Бабахан?
А может, нас отправят незаметно.
Нет, не поверю, чтоб жену и дочь
Смертельного врага здесь пожалели.
Ш а х и ж д а н
Не бойся, дочь, нас не обидит хан.
Он и другим обидеть не позволит.
М а х и м
А правда, что отец мой и Айруз
Убиты оба?..
Ш а х и д ж а н
Да, отца убили,
Но сын мой, говорят, остался жив.
Мне кажется, нам кто-то помогает,
А если так, объявится Айруз.
Тогда нас будет трое, мы сумеем
За гибель Сурайхана отомстить,
А женской мести и в аду страшатся!
С мечтой об аде сдохнет Бабахан!
Мы в рот ему вольем смолы кипящей…
М а х и м
Ах, мама, как ты страшно говоришь,
Как твой язык сумел сказать такое?
Ш а х и д ж а н
Дитя еще, и сердцем ты чиста, –
Успеет жизнь наставить темных пятен.
Когда не ты владыкой над рабами,
Другой тебя в рабыню превратит.
Не поняла? Да ладно, жизнь научит.
М а х и м (тревожно)
К нам хан со своей дочерью идет.
Ш а х и д ж а н
Пускай идет. Ты тоже дочка хана,
А потому не прячься, не робей!
Входят Б а б а х а н  и  З у х р а.
Ш а х и д ж а н  и  М а х и м  обозначают приветствие
едва заметными кивками.
Б а б а х а н
Мне кажется, почтеннейшая гостья,
Что дочь твоя как будто не в себе.
Еще не свыклась, может быть, страшится?
Напрасно: я во всем ей – как отец.
Ш а х и д ж а н
Спасибо тебе, хан, на добром слове.
Все, что осталось в жизни у меня –
Единственная дочь…
Б а б а х а н (Зухре)
                Зухра, я знаю,
Дружна ты будешь, ласкова с Махим.
Смотри, чтобы не только словом, взглядом
Ее не обижали!
З у х р а
Да, отец.
Б а б а х а н
Сходите в сад, на розы полюбуйтесь.
Цветы ее, быть может, развлекут.
З у х р а  и  М а х и м  уходят.
Ш а х и д ж а н
Заботу проявил о моей дочке,
И мне отрадно, о великий хан.
Б а б а х а н
Признаться, я к тебе неравнодушен…
(с чувством)
И если ты не против, я готов
Удочерить Махим…
Ш а х и д ж а н (опешив)
         О, что я слышу!
Великий хан, я верно поняла?
Жену врага извечного ты хочешь
Супругой – не наложницей назвать?!
Б а б а х а н
Ты верно поняла, и я не спятил –
Во всем я отдаю себе отчет, –
Согласна ли ты стать моей супругой?
Ш а х и д ж а н (в изумлении)
Я не могу сейчас, великий хан.
Ответить ни отказом, ни согласьем.
Прошу лишь об одном: не торопи.
Б а б а х а н
Оставим разговор до полнолунья.
Тогда и станешь ты моей женой!
Ты видишь, я уже тебе послушен.
Ш а х и д ж а н
Благодарю за честь, великий хан.
Теперь же разреши уйти мне к дочке.
Б а б а х а н
Конечно, ханша, ты во всем вольна.
Ш а х и д ж а н  уходит.               
Х а н  некоторое время в задумчивости.
А может быть, я сгоряча дал маху,
Решив жену заклятого врага…
Вдову его, вернее, – сделать ханшей?
А если эта женщина не то,
Что думаю о ней, – совсем не ангел,
А оборотень, скользкая змея?
Согревшись на груди моей, задушит…
Но чувствую, как кровь моя бежит
Быстрее и быстрей, на сердце – радость
Дряхлеющее тело налилось
Почти забытой силой, дух возвышен…
Входит  М а р у х.
Входи, Марух, ты хочешь говорить?
М а р у х (кланяясь)
Хочу, великий хан…
Б а б а х а н
                Так начинай же!
М а р у х
Слух о Бахире и Мансуре, хан,
На самом деле правдой оказался.
Б а б а х а н (сердито) Так значит, правда! Где же тот осел,
Что заварил все это, где паршивец?!
М а р у х
Мансур… он отказался…
Б а б а х а н
                Не пойму:
Что значит «отказался»? Ты не шутишь?
М а р у х
Мансур сказал мне: «Если виноват,
Пусть хан меня накажет, но прошенья
Просить я у Бахира не могу –
Он равен мне по чину, а Масуру
Склоняться перед равным не к лицу!»
Б а б а х а н
Я думал, что я хан, однако, может,
Я пугало, а может, просто шут?!
Холоп мой говорит такие речи!
(грубо)
Марух, иди за ним! Поторопись
И силой приведи его сейчас же!
М а р у х  кланяется и уходит.
Из противоположной кулисы выходят З у х р а  и  М а х и м.
 Лицо  х а н а  светлеет.
З у х р а
Отец, отец!..
Б а б а х а н (обнимая ее)
Красавица моя!
(к Махим)
Теперь и ты мне – дочка. Не смущайся.
З у х р а (к Махим)
Ведь я же говорила – мой отец, Он самый добрый и великодушный,
Он – самый лучший в целом мире хан!
Б а б а х а н
Махим, тебе понравилась в саду?
М а х и м (смущенно)
О да, великий хан…
Б а б а х а н
    Ну вот и славно!
Однако мать в тревоге за тебя.
Сходи же к ней и успокой ей сердце.
З у х р а
Нет-нет, отец! Я поведу Махим
Знакомиться с подругами моими!
О б е  убегают.
Б а б а х а н
Когда б ты знала, золотце мое,
Какая мысль мне голову туманит,
Не радовалась так бы ты, 3ухра.
Прекрасная, ты мне дороже жизни,
Тебя обидеть разве я смогу?
Понять меня сейчас ты не сумеешь,
А слез твоих не вынесу, 3ухра.
И столько лет я прожил одиноко,
Чтобы не ранить сердца твоего.
Ах, дочка, дочка, как необходимо,
Чтоб понят был твой любящий отец!
Входит  М а р у х. Он в смятении.
Б а б а х а н
Ты почему один? Нашел Мансура?
М а р у х
Нашел, мой хан… Мансур, однако, мертв.
Тахир убил; я не успел вмешаться.
Чуть раньше – я сумел бы их разнять...
Б а б а х а н
Ну что ж, Мансур искал, как видно, смерти.
Я огорчен – он знатный воин был,
И победил он множество достойных.
Не время ему было умереть;
Скажи, остался у него наследник?
М а р у х
Осталась дочь – красавица Гюльназ.
Сейчас она рыдает, там, над трупом.
Б а б а х а н
Несчастное дитя, – я к ней пойду,
Утешу, как смогу. Удар Тахира
Не только дочь, и нас осиротил…
С обеих сторон сцены выходят 
Б а х и р, Т а х и р  и  Г ю л ь н а з.         
Г ю л ь н а з (опускаясь на колени)
Великий хан, вели казнить убийцу!
Вели отправить за моим отцом!
Б а б а х а н (поднимая ее)
Вставай, вставай, несчастная сиротка…
Т а х и р (становится на одно  колено)
О досточтимый хан, ну как я мог
Остаться в стороне, простить обиду,
Смотреть, как попирают честь отца?!
Вот вся моя вина…
Б а б а х а н
  Я понимаю.
Ты тоже поднимись, Тахир, с колен.
Г ю л ь н а з
Одна осталась я, и нету брата,
Чтоб отомстить убийце за отца.
Великий хан, лишь на тебя надежда!
Казни его, прошу тебя, прошу!
Б а х и р
Как хану досточтимому угодно,
Так будет: одному ему решать,
Кто прав, кто виноват, но пусть он будет
Столь милосерден, сколь и справедлив:
Коль есть вина, она моя – не сына.
И меч, которым был убит Мансур,
Отточен мной и мной же был направлен.
Г ю л ь н а з
Мне было бы пристойней умереть,
Чем плакать здесь, забыв про стыд девичий,
Просить, чтоб ты Тахира покарал.
И все же кровь, что пролилась сегодня –
Кровь моего отца, великий хан!
Т а х и р
Гюльназ, бедняжка, если я виновен –
Не в том, что я Мансура пролил кровь,
А в том, что я заставил литься слезы,
Которые по твоему лицу
Бегут и раздирают твое средце.
Прости меня.
Б а б а х а н
   Тахир, ты говорил
Умно, как полагается мужчине.
Благодарю тебя.
(к Гюльназ)
А ты, Гюльназ,
Внимательно послушай, если можешь.
Я кое-что хочу тебе сказать:
Честь не родится вместе с человеком,
Ее не даст ни мать и ни отец.
Хорошим воспитаньем, благонравьем,
Умом своим и мужеством своим
Заслуживают честь перед народом.
И если человек ей наделен,
То задевать ее никто не вправе.
Мужчина тот, кто чести заслужил.
Вдвойне – кто не позволил и пушинке
Упасть на честь, и малому пятну.
Отец твой был повсюду уважаем,
Он честен был, и верен, и правдив…
Г ю л ь н а з
Великий хан, когда б я не боялась
Навлечь твой гнев на голову свою,
Я повторила б – кровь отца пролилась!..
Б а б а х а н
Несчастная, но ты должна понять,
Что если бы сегодня не убили
Мансура, я бы завтра приказал
За ослушанье взять его под стражу
И бросить в самый темный каземат.
Но ты все плачешь, и твой хан в смятенье.
Скажи мне, как с Тахиром поступить?
Повесить? Или сбросить его в пропасть?
Г ю л ь н а з (тихо)
Нет, нет…
Б а б а х а н
А если мало, я велю
Отдать его на растерзанье тиграм!
Г ю л ь н а з
Нет, нет, великий хан, прости меня!
Со зла я говорила, не подумав.
Б а б а х а н
Бедняжка, да простит тебя Аллах!
(Бахиру)
Есть дело, что не терпит отлагательств.
Пойдем, Бахир, сейчас ты нужен мне.
Б а б а х а н  и  Б а х и р  удаляются.
Т а х и р
Я снова свою голову склоняю
Перед тобой, прекрасная Гюльназ.
Мы подчиняемся закону чести –
Один из нас был должен умереть.
И весь перед тобой и повторяю:
Даруй прощенье, если можешь, Гюль .
Г ю л ь н а з
Как ты сказал? Я вновь хочу услышать,
То, что сказал мне: ну же, повтори!
Т а х и р
Ну, если это будет утешеньем
Твоей вконец истерзанной душе,
Готов я повторять, и бесконечно,
Чтоб ты меня простила…
Г ю л ь н а з
     Нет, не то.
Как ты назвал меня хочу услышать.
Т а х и р
Назвал?.. Гюльназ…
Г ю л ь н а з
Нет, ты сказал мне – Гюль.
…А помнишь ли, Тахир, когда заноза
Вошла мне в палец, – ты ее достал.
Ты долго доставал ее... зубами.
А после дул на ранку, целовал,
Чтоб эту боль хоть как-нибудь облегчить.
Т а х и р
Да, помню…
Г ю л ь н а з
 Мы потом взялись с тобой
За руки и бежали на поляну,
Тайком, чтоб на тюльпаны поглядеть.
Т а х и р
И это помню я, Гюльназ…
Г ю л ь н а з
Не надо!
Не надо называть меня «Гюльназ».
Скажи мне «Гюль» – прекрасно это имя!
Тахир, ведь ты когда-то был влюблен,
В меня влюблен, Тахир, не отпирайся!
Т а х и р
Гюльназ, мы принимали за любовь,
Что было просто детским увлеченьем.
Г ю л ь н а з
Быть может, увлеченье для тебя,
А для меня – нешуточной любовью,
Которая поныне не дает
Покоя мне… тогда ты обнадежил,
А после променял на хана дочь…
Т а х и р
Не помню, чтоб давал я обещанья.
Ты зря, Гюльназ, грех на душу берешь,
Г ю л ь н а з
Обрек меня тогда на муки ада,
Отвернув мою чистую любовь.
Вдобавок ко всему – убил сегодня
Отца… Тахир, ну как тебя простить!
Г ю л ь н а з  уходит.
Т а х и р
Несчастная Гюльназ… такой ее я сделал!
Входит  А р а п.
А р а п
Тахир, ты в замешательстве…
Т а х и р
     Меня
Гюльназ смутила. Дай, пойду за нею.
И, может быть, удастся мне смягчить
Ее наполненное местью сердце.
Уходит.
А р а п (радостно)
Держись, мой черный, радуйся, Арап!
Дворец неколебимый Бабахана
Стал разрушаться, – так тому и быть!
Одним из четырех столпов у трона
Мансур убитый был... Да будь ты лев,
Останься без ноги – тотчас шакалы
Навалятся и скопом загрызут!
Дракон вползает во дворец, и пламя
Из глоток извергает. У него
Три головы: предательство, месть, зависть.
Коль сможешь приручить его, Арап,
Зухра – твоя, твой – трон, твоя – корона!
Арап, ты ханский отпрыск! Ханский сын!
А те, по чьей вине терпел ты голод
И с детства подвергался униженьям,
Те землю будут грызть! Ну а начну,
Начну, пожалуй, дело я с Бахира...
(кого-то заметив)
А вот и ханша с дочерью своей,
И кстати как: я ей отдам записку,
Что матери плененной шлет Айруз.
Входят  Ш а х и д ж а н  и  М а х и м.
А р а п  протягивает ханше письмо с печатью  А й р у з а.
Письмо – от сына. Будьте осторожны,
Чтоб вас никто ни в чем не уличил.
А р а п  уходит.
Ш а х и д ж а н
От сына?.. Значит, жив! Он жив, мой мальчик!
Прочти, Махим...
М а х и м  торопливо пробегает письмо, возвращает матери.
  Что пишет наш Айруз?
М а х и м
Он пишет, что при помощи Арапа
Вступает в войско, стражником простым,
И, внешность изменив, неузнаваем.
«Отец наш, – продолжает он, – убит,
Однако я отчаяньем не сломлен –
Сторицей  Бабахану возмещу! –
Еще он пишет: – Очень нам полезен
Арап, что здесь на многих точит зуб.
И если вам сказать мне что-то нужно,
Ему шепните, он и передаст.
Храни Аллах вас, будьте осторожны».
Ш а х и д ж а н
Аллах Велик! Так значит и Арап
На нашей стороне! Смотри же, дочка,
Не выдай нашей тайны никому?
Возьмемся – и корону возвратим мы,
И Бабахана трона мы лишим!
Теперь уйдем, Махим.
М а х и м
            А можно, мама,
Я в сад пойду: там ждет меня Зухра.
Ш а х и д ж а н
Иди, не забывай про осторожность…
М а х и м
Не беспокойся, мамочка, иди.
Ш а х и д ж а н  уходит.
Входят  Т а х и р  и  З у х р а.
З у х р а
Махим, ты мне позволишь познакомить
Тебя с моим возлюбленным? Тахир.
(смеется)
Не вздумай лишь сама в него влюбиться:
Хоть ты мне и подруга – не отдам!
Т а х и р (Зухре, шутливо)
Ты думаешь, что мы об этом скажем?
М а х и м (смущенно)
Знакомству рада, только попрошу:
Аллаха ради, не вгоняйте в краску.
З у х р а
Мы шутим, разве ты не поняла?
Т а х и р (приобняв Махим)
Кто шутит, ну а мы с Махим – серьезно.
Шутить мы не умеем, верно, нет?
М а х и м
Нет… то есть – да!.. а впрочем, нет, конечно!
Все трое смеются.
Не надо так шутить со мной, Тахир.
Т а х и р
А почему?
М а х и м
 Не спрашивай, а просто
Скажи за мной – «не буду никогда!»
Т а х и р
Не буду никогда, Махим, не буду!
З у х р а
Мы думали тебя развеселить,
Увидев здесь, печальную такую.
А может быть, Махим, пойдем в мой сад?
М а х и м
Конечно! Знаешь, я уже скучаю
По твоему чудесному цветку.
Т а х и р
Простите, я оставлю вас, – дела!
З у х р а
Тогда – пока!
Т а х и р
Привет садовым розам!
З у х р а  и  М а х и м  уходят, но  З у х р а 
тут же возвращается, целует  Т а х и р а  в щеку и убегает.
Входит  М а р у х.
М а р у х (вслед Тахиру)
Постой, Тахир! Должно быть, ты забыл,
Ведь я предупреждал тебя однажды.
Оставь пустые хлопоты, Тахир,
Забудь Зухру, не льсти себе надеждой!
Т а х и р
Я вижу, что и ты забыл, Марух,
Что я – глаза в глаза – тебе ответил:
Зухру Тахир забудет лишь тогда,
Когда она сама велит мне это!
Ты знаешь, мы с Зухрой наречены,
Великий хан согласье дал на свадьбу.
Иначе я не смел бы подойти
И близко к ханской дочери. Ты понял?
Твои придирки кончатся бедой.
Прошу тебя – оставь меня в покое!
М а р у х
Что слышу! Ты осмелился грозить?!
Очнись! Перед тобой – племянник хана!
И брат Зухры!
Т а х и р
Поэтому терплю,
Не то, давно б узнал ты свое место!
М а р у х
Наверное, ты мнишь, что говоришь
С Мансуром, и поэтому так дерзок.
Но я – Марух!
Т а х и р
Но даже тень Майсура
Была сильней тебя…
М а р у х
                Не забывай
Кто – ты, кто – я! В речах – поосторожней!
Т а х и р
Кто дело захотел иметь со мной,
На разговоры времени не тратит.
Уходит.
М а р у х (вслед)
Когда со мной не хочешь говорить,
С моим мечом наговоришься вволю!
(сам с собой)
Покуда жив Тахир, мне не видать
Зухры моей… Однако что же делать?
Коварства полон мир, так разве нет
Возможности мне устранить Тахира!
Входит А р а п,
до сих пор наблюдавший за разговором из-за колонны.
А р а п
О чем шумели, если не секрет?
М а р у х
Да просто так.
А р а п
Послушайся совета.
Плохому не научит верный друг:
Зачем махать мечом, рискуя жизнью.
Зухра – твоя, когда сумеешь ты
Тахира перед ханом опорочить!
М а р у х
Хорош советчик! Подлостью не счел –
Подслушивать тайком чужие речи!
Ты вот что, если нету дел других,
Пойди загон почисти для скотины.
М а р у х  уходит.
А р а п
Не буду я Арапом, что везде
И всюду поимеет свою долю,
Когда я не заставлю вас блевать
Холодной вашей, голубою кровью!
Я буду продавать вас, как рабов,
На шумном и глумящемся базаре!
С навозом будут вам мешать еду.
Сотру с лица земли поодиночке!
Гордыней обуянных, не прощу!
Вернутся к вам тяжелыми камнями
Слова обиды, что узнал Арап!
Увидев приближающихся  Б а б а х а н а  и  Б а х и р а,
А р а п  снова прячется.
Б а б а х а н (колеблясь)
Бахир, мне посоветоваться нужно…
Б а х и р
Я слушаю тебя, мой властелин.
Б а б а х а н
Боюсь, что речь придется не по нраву...
Б а х и р
Значенья не имеет, говори.
Б а б а х а н (решительно)
Задумал Шахиджан себе я в жены…
Ты знаешь, сколько лет я одинок.
Б а х и р
Я знаю также – это было нужно,
Чтоб не обидеть дочь твою, 3ухру.
Теперь она не прежний несмышленыш:
Намеренья отца должна понять.
Женись, раз Шахиджан владеет сердцем.
Вопрос в другом: сумеет ли она
Стать искренней и любящей супругой?
Б а б а х а н
Чем вызваны сомнения, визирь?
Б а х и р
Признаюсь, далеко я не уверен
В том, что вдова заклятого врага –
Не враг тебе. Змея, что выползает
Из-под подушки, жалит в тот же миг.
Во-первых это. Ну, а вот второе:
Сын ханши жив, и он опасен нам.
И, думаю, что он нашел подмогу,
Здесь, среди наших, заимел друзей.
Не справиться ему с железной клеткой,
Когда б не помощь, – знать бы мне его!
Б а б а х а н
Ты прав, мой друг, и мы должны Айруза
Немедленно найти!
Б а х и р (после паузы)
 Великий хан,
У Сурайхана, если ты припомнишь,
Была когда-то тайная любовь –
Красотка-негритянка…
Б а б а х а н
                Да, я помню.
Но что с того?
Б а х и р
                Я нынче дал приказ
Найти ее… но, видишь ли, какое…
Б а б а х а н
«Какое» – что? Яснее говори!
Б а х и р
На этот счет есть некие сомненья.
Послушай, хан, а после сам решай.
Входит  с т р а ж н и к, кланяется  х а н у.
С т р а ж н и к
Высокочтимый хан, какой-то воин
Визиря хочет видеть. Пропустить?
Б а б а х а н
Пускай войдет!
Б а х и р
                Сюда он мною вызван.
Входит  в о и н, преклоняет перед  х а н о м  колени.
Он – предводитель тех, кого послал
Любовницу искать я Сурайхана.
Б а б а х а н
А я его узнал: он приносил
Мне весть, тогда, в великий час победы!
Б а б а х а н жестом разрешает  в о и н у  подняться.
Рад вновь тебя увидеть, удалец!
В о и н
Благодарю, мой хан, я горд и счастлив!
А с перстнем, что тогда ты подарил,
Передо мной открыты все дороги!
Б а х и р
Давай – о деле. Вы ее нашли?
В о и н
Покуда нет, а вот на след напали:
В округе бродит нищенка одна.
Она, по описаньям очевидцев,
Та самая и есть! Денек-другой,
И, без сомненья, мы ее разыщем.
Б а х и р
Но к прежнему – еще один приказ:
Ты должен неотступно за Арапом –
Куда б он ни пошел – хвостом ходить.
Заданье столь секретно, сколь и важно!
В о и н
Я понял все, почтеннейший визирь,
И выполню приказ!
Б а х и р
 Иди, любезный.
В о и н  уходит.
Б а б а х а н
Не раз уже доказывая Арап
Мне верность, – может, зря подозреваешь?
Б а х и р
Мне больше некого подозревать.
Б а б а х а н
Как знаешь… не забудь и про Айруза.
Хоть мертвым, хоть живым, но разыщи!
А заодно и тех, кто Сурайхана
Прикончил, а для сына клеть открыл.
Б а х и р
Я думаю, что нищенка подскажет.
И сам за этой женщиной пойду.
Б а х и р  кланяется и уходит.
Б а б а х а н
При чем здесь та красотка-негритянка?
Какая связь, куда ее приткнуть?
Не вяжется все это меж собою...
Входит  М а р у х.
М а р у х (кланяясь)
Зашел спросить…
Б а б а х а н
Так спрашивай, Марух.
М а р у х
Зухру ты хочешь выдать за Тахира
Что, нету ханской крови женихов,
И не сыскать Зухре достойной пары?
Б а б а х а н
Я связан словом! Есть еще вопрос?
М а р у х
Вопросов нет, но есть напоминанье:
Обычай наш велит, что только я
На ней жениться должен!
Б а б а х а н
    Да, обычай…
Но я перед Аллахом слово дал!
Оно любых обычаев сильнее!
Оставь, Марух, и душу не томи!
М а р у х
Кто что ни говори, а я Тахиру
Не уступлю Зухру? И мой отец
Сказал, что это будет по закону!
Б а б а х а н
Отец твой полоумный… а давно ль
Он вспомнил, что приходится мне братом?!
Я вел войну – и столько лет! – один,
А он со стороны смотрел злорадно.
Я – хан, а это значит, не из тех,
Кто обещав, не держит обещаний!
Усвоил? Так к брату передай.
М а р у х
Высокочтимый хан, сажай хоть на кол,
Я от любви к Зухре не отрекусь!
Для этого и сил моих не хватит.
Б а б а х а н
Не досаждай, Марух, ступай, ступай…
М а р у х  уходит.
Б а б а х а н  задумчиво расхаживает по сцене.
Сомненья заронил во мне племянник.
Конечно, у Маруха больше прав
Жениться на Зухре, чем у Тахира…
А как же слово хана?.. Как мне быть?..
Х а н  уходит.
Из укрытия на сцену выходит  А р а п.
А р а п
Я говорил, и вот вам подтвержденье:
Дворец уже шатается, трещит…
И мне, чтоб под руинами не сдохнуть,
Не медля, нужно мать мою найти,
Опережая в поисках Бахира.
Убить ее, когда еще жива!
(тревожно)
Где Сурайхана подлый недоносок?
Обычно он не заставляет ждать.
Входит  А й р у з.
 Ага, пришел! Есть небольшое дельце.
А й р у з
Скажи, Арап, кого на этот раз
Ты хочешь погубить?
А р а п
    А ты догадлив!
Прикончить надо нищенку одну.
А й р у з
Ты шутишь, полководец?
А р а п
                О, нисколько!
А в деле этом выгода для всех.
Старуха та владеет страшной Тайкой,
Что может погубить нас четверых.
Я б сам за дело взялся, но за мною
Повсюду соглядатай ходит вслед.
А й р у з
Скажи, как я узнаю ту старуху?
А р а п
По цвету кожи, черной, как смола.
А й р у з
А я, признаться, жалостью проникся
К старухе той, но раз она черна,
Я просто раздавлю ее, как муху.
А р а п
Держись, Айруз!
А й р у з
Прости, я пошутил.
А р а п
…А нищенке дашь хлеб, он будет с ядом.
А й р у з
Хоть этим жажду мести утолю.
А р а п
Ну, если ты готов, то отправляйся!
А й р у з  уходит.
Немало на своем веку убийц
Мне встретить довелось, – я сам убийца,
Но от подонка этого – тошнит.
Такого «друга» надо опасаться:
Безмозглый, всюду лезет напролом.
Но чтобы враз покончить с Бабаханом,
Мне лучшего орудья не найти.
Входят  Ш а х и д ж а н  и  М а х и м.
Ш а х и д ж а н
Арап, скажи, когда увижу сына?
А р а п
Как будет случай, я тебе скажу.
А ты не торопи событий, ханша.
Ш а х и д ж а н
Арап, ты «ханша», кажется, сказал.
Мне так приятно слышать это слово.
Здесь, в этом мрачном мраморном дворце
Так редко его слышу я…
М а х и м
  Ах, мама,
Пойдем скорей отсюда: не люблю
Гориллу эту черную. Поидем же!
А р а п
Бежишь меня, но я тебе не враг,
Напротив, я тебе благожелатель.
Кто сможет вам помочь, когда не я?
Кто, сам рискуя, выведет из плена?
Айруз? О нет! Ничто он без меня!
Ш а х и д ж а н
Оставь, Арап, к словам не придирайся.
А р а п
Оставил, ладно. Ханша, я сейчас
Подслушал разговор визиря с ханом
И кое-что узнал: великий хан
В законные супруги тебя прочит,
Удача! Я о ней не смел мечтать!
Ш а х и д ж а н
Он и со мной беседовал об этом,
Но я уговорила не спешить
И дело отложил он.
А р а п
      И надолго?
Ш а х и д ж а н
В ночь полнолунья будут нас венчать.
А р а п
Аллах Велик!
Ш а х и д ж а н
      Хотела отказаться,
Но как откажешь хану? Не поймет.
М а х и м
Но почему? По-моему, он умный…
А р а п
Ай, молодец! Хан сам идет в капкан!
Тебе же, ханша, чтоб вернуть обратно
Страну и трон, – подарок этот брак!
Ш а х и д ж а н
Для этого я выйду хоть за черта!
А р а п
Вот и прекрасно! Ханша, отойдем.
(отходя в сторонку)
Хочу сказать тебе, что я придумал…
М а х и м
Арап, что черен телом и душой,
Боюсь, он на погибель нас толкает.
«За нас рискует жизнью…» А зачем?
Зачем ему так доверяет мама?
И почему доверился Айруз?
А й р у з  возвращается.
А й р у з
Махим! Махим!
М а х и м
А разве мы знакомы?..
А й р у з
Еще бы нет! Ведь ты – моя сестра!
М а х и м
Айруз?.. Мой брат?.. Но кто обезобразил
Твой милый облик?!.
А й р у з
        Ведьма есть одна,
Она и постаралась...
М а х и м
Как мне жалко...
А й р у з                О том не беспокойся, лишь бы мне
Свершить, что я замыслил. Ну а прежний
Вернуть мне облик – дело не сложней.
М а х и м
Как мог ты, брат, довериться Арапу?
А й р у з
Выходит, что письмо...
М а х и м
  Дошло, Айруз,
И мы его с тревогой прочитали...
А й р у з
Скажи, не отомстив за кровь отца,
Как мог спокойно жить я в этом мире!
М а х и м
Но брат, себя ты можешь погубить...
А й р у з
Придется умереть – умру, но раньше
Спроважу Бабахана на тот свет!
М а х и м
Айруз, пойми, мы сами виноваты.
А й р у з
Как смеешь ты такое говорить!
  А может, ты за жизнь свою боишься?
М а х и м
Я не стыжусь признаться: да, боюсь.
Лишь ты один мне с матерью защита...
А й р у з
Не торопись оплакивать меня.
Еще мне предстоит вернуть корону
И трон отцовский. Ты Махим – дитя,
И многого пока не понимаешь.
Ну... мне пора: я должен кое-что
Сказать Арапу...
М а х и м
   Осторожней, братец!..
А й р у з
Прости, сестренка. Маму береги.
А й р у з  уходит.
М а х и м
Жестокий мир, подстать ему и люди.
Людская кровь – как черное вино:
Однажды опьянев, не протрезвеешь.
Людская кровь – огонь: горят дворцы,
И хижины горят, и все живое –
Все в пепел обратить готов огонь.
И кровь проливший не убережется,
Сам запылает щепкою сухой,
И ветер дым рассеет по округе.
Входит  З у х р а.
З у х р а (не замечая Махим)
…Его как душу я свою люблю.
Миг без Тахира – для меня мученье.
Мы – как алмаз и перстень золотой
Подходим друг для друга... И художник
Лица прекрасней не вообразит.
И лучший стихотворец, что умеет
На солнца луч нанизывать слова,
Не сможет речью передать твой образ, –
Секрета обаяния постичь.
Тахир! Тахир! Трепещет мое сердце
И, словно птица, рвется в небеса.
Душа исходит песней соловьиной
И неземным сиянием полна!
(заметив Махим, тревожно)
Ты заболела? Вся дрожишь, бледна.
Пойдем со мной – тебя посмотрит лекарь.
М а х и м
Сестра моя, мне лекарь ни к чему.
Входит  Г ю л ь н а з. Она  не в себе.
З у х р а  и  М а х и м  настораживаются.
Гю л ь н а з (бредит)
Ты отобрала у меня Тахира,
И солнца луч для бедной Гюль угас,
Не прилетает голубь белокрылый,
Чтобы с ладоней зернышки клевать.
Меня уже цветы не окружают,
Едва увидев, чтоб пуститься в пляс.
Тахир с другой, он станет зятем хана.
У бедной Гюль надежду отобрать!
Зухра, принцесса, как тебе не стыдно?!
Уходит.
З у х р а (ей вслед)
Гюльназ, постой! Прошу тебя, вернись!
Г ю л ь н а з  уходит, не оборачиваясь.
Махим, она сведет меня словами,
Безумными и ложными, с ума!
Я, что же, силой увела Тахира?
М а х и м
Она, мне показалось, не в себе.
З у х р а
Я знаю, она сильно изменилась,
С тех пор, как у нее погиб отец.
Входит  М а р у х.
М а р у х
Он не погиб. Убит! Так будет верно.
А кто убийца?
З у х р а
Я тебя просила,
Чтоб перестал преследовать меня?!
М а х и м (испуганно)
Пойду, пожалуй…
М а р у х
     Мудрое решенье.
Иди, Махим.
З у х р а
     Махим, останься здесь!
М а р у х
Ну что ж, она беседе не помеха.
Я снова говорил с твоим отцом,
Он начал уступать, Зухра, ты знаешь?
З у х р а
Уступит он, но я не уступлю!
К тебе, Марух, я отношусь как к брату,
Вернее, относилась, а сейчас
Ты мне противен, ты меня изводишь,
Ты для меня уже не человек…
М а р у х
А дикий зверь? На это намекаешь?
З у х р а
Не намекаю, прямо говорю:
И близко ты ко мне не приближайся!               
М а р у х
Не только что приближусь… Как ни злись,
Но скоро будешь, стоя на коленях,
Мне –  зверю! – молчаливо ноги мыть!
З у х р а
Взять, кажется, меня ты хочешь силой,
Но я сломаюсь лучше, чем согнусь.
М а р у х (в ярости)
Хоть разлетись на тысячу осколков,
Коль выпадет не мне тобой владеть!
М а х и м (в испуге)
Нет, я пойду.
М а р у х
     Насилу догадалась!
З у х р а
Уйдет, но не Махим, а ты, Марух!
Не хочешь сам, тебе поможет стража.
М а р у х (усмехаясь)
Ну что ж, я подчинюсь тебе, 3ухра.
Но не отдам тебя рабу Тахиру!
М а р у х  уходит.
З у х р а (со слезами на глазах)
Махим, меня терзают с двух сторон,
С одной – Гюльназ, несчастна и безумна;
С другой – Марух, напыщенный дурак!
М а х и м (обняв подругу)
А мне казалось – ты цветешь от счастья.
З у х р а
Боюсь, мне не дадут счастливой быть.
О б е  уходят.