Прыжок

Прыжок

Он сидит на стуле,
который помнит её спину.
Стены приблизились на шаг,
дышат в затылок.
Тишина —
самая громкая вещь,
которую он научился слушать.
Внутри —
шум, как перед взрывом.
Снаружи — ни жеста.

Полозкова сказала бы:
«Любовь — это страх потери».
Он бы ответил:
«Я потерял себя —
это страшнее».

Три года он строил
её отражение в себе.
Смотрел в зеркало,
пока не стёр своё лицо.
Стал тем,
кто мог молчать,
когда хотелось кричать.
Тем,
кто ждал,
когда другие —
жили.

Джио Россо сказал бы:
«Город стирает след».
Он бы добавил:
«Я сам стёр себя.
Ради неё».

Теперь он сидит,
собирает себя заново —
по осколкам,
по привычкам,
которые были до.
Вспоминает,
как женщины сходили с ума,
а он проходил мимо,
потому что
не искал.
Как смеялся громко,
не оглядываясь.
Как утро пахло
только кофе и свободой.

Внешне он спокоен.
Стены давят.
Тишина —
предстартовая.
Он готовится к прыжку.
Не в прошлое —
через него.
В себя.

Тот, прежний,
уже близко.
Слышит,
как сердце бьётся
в ритме,
который не она задавала.

Тишина взорвётся.
Он встанет...