Часть 3. Два побега от Шмидтов

Помещик Шмидт подал в участок заявление
о самовольном бегстве собственной кухарки.
Нашла полиция её однажды в Киеве,
и план Иринушки пошёл тогда насмарку.

Её отправили в село Суркот к хозяевам,
в пути солдаты из конвоя были бдительны,
чуть что – лупили, обзывали её всячески,
а арестанты были грубы, невоспитанны.

Сполна пришлось ещё и голод испытать,
и холод в этом длинном путешествии,
там ко всему Ирина стала привыкать,
и начала себя вести как сумасшедшая.

А Шмидты, чувствуя свою вину пред ней,
как бы простили за побег свою работницу,
к ней милосердней стали, чуть добрей,
даже поставили в усадьбе огородницей.

Она же старцев и святыни вспоминала,
не забывала и как немцы прежде били,
когда зимой земля под снегом отдыхала,
сбежала снова в отдалённый город Киев.

Там, в Лавре, приняла Ирина тайно
великосхимничество, стала Параскевой,
с того момента называла себя Пашей,
на путь юродства встала поседевшей.

Вновь розыск и арест, дорога к Шмидтам.
На этот раз помещик в гневе её выгнал
без ничего почти – раздетую, без пищи,
без корки хлебушка, без ломтика ковриги.

27.03.2026 г.