Вечерний обход на Гауптвахте Часть третья

Вечерний обход на Гауптвахте — 666 (продолжение)
Часть третья — Зеркало

В коридоре между камерами № 13 и № 17 появилось зеркало. Просто так — будто всегда здесь висело. Тёмная резная рама, мутная поверхность. Никто не заметил, когда оно появилось.

Воробей (из камеры № 17, шепчет соседу):
— Оно мне маму показало… Она плакала и говорила: «Ты сам выбрал эту дорогу».

Сосед (нервно):
— Да ладно тебе, галлюцинации после архива и баланды.

Воробей (в панике):
— Нет! Оно знает! Оно показывает то, что ты скрываешь!

В этот момент в коридоре раздаётся знакомый лязг цепи. Ширмачёва идёт медленно, но уверенно. Останавливается перед зеркалом. Смотрит в него.

Её отражение меняется: вместо чёрной формы — длинный плащ, вместо ремня — метла. Волосы развеваются, глаза светятся. Ведьма да и только.

Один из заключённых (из-за решётки, задыхаясь):
— Смотрите… она…

Другой (шёпотом):
— Ведьма… Я же говорил, она не просто надзиратель…

Надзиратель резко оборачивается. Её глаза сверкают.

Ширмачёва (громко, властно):
— Что вы увидели?

Заключённые молчат, съёживаются.

Ширмачёва (делает шаг к решётке, голос становится ледяным):
— Я спросила: что вы увидели? Кто-то из вас что-то видел? Пусть скажет прямо.
(пауза, она обводит взглядом камеры)
Сразу пополнит список тех, кого завтра будет проверять доктор Топорова. До тех пор, пока не выяснит истину.

Лысый (робко):
— Мы… мы ничего не видели, надзиратель.
(шёпотом, отводя глаза в сторону): — Такую докторицу (я слышал, что она давно без мужа) я бы и врагу не пожелал.

Третий заключённый (торопливо):
— Просто показалось. Зеркало… оно странное.

Ширмачёва (усмехается):
— «Показалось»?
(резко поворачивается к зеркалу, хватает цепь с пояса и с размаху бьёт по стеклу)

Зеркало трескается, осыпается осколками. В воздухе повисает запах гари и чего-то древнего.

Ширмачёва (обрывает тишину):
— Больше никаких «показалось».
(обводит взглядом камеры, голос становится тише, но от этого ещё страшнее)
Это зеркало показывало вам ваши грехи. Ваши страхи. Ваши измены.
(указывает на одного из заключённых)
Ты видел жену и себя с рогами? Думаешь, это случайность?
(переводит взгляд на другого)
А ты — друга, который тебе лжёт?

Заключённые бледнеют.

Ширмачёва:
— Оно показывало правду. Но теперь его нет. А правда осталась.
(делает шаг назад, голос звучит почти ласково)
Теперь вы будете собирать осколки. Голыми руками. Каждый осколок — как кусочек вашей лжи. Соберёте всё — может, я и забуду, что кто-то здесь начал болтать лишнее.

Она поворачивается, чтобы уйти, но на пороге останавливается.

Ширмачёва (медленно оборачивается, глаза снова мерцают):
— И да… если кто-то решит, что это был просто трюк…
Доктор Топорова ждёт. У неё много интересных методов «лечения».

Дверь захлопывается. В коридоре тишина. Только Воробей всё ещё шепчет:
— Мама… прости…

Где-то в глубине гауптвахты раздаётся тихий смех. Не человеческий.

Конец третьей части

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…