Зов братства

Он вернулся из боя, отмечен свинцом,
На поправку домой, под родное крыльцо.
Долго в госпитале раны врачи зашивали,
Чтобы будни былые его принимали.
Всё как будто в порядке, и лечен, и цел,
Только взгляд затуманился и погрустнел.
Не затянется шрам, что на сердце залёг —
Там война проложила незримый порог.
Не забыть тех друзей — они больше, чем братья,
Что тянули его из стального проклятья.
На плечах выносили, хрипя и дрожа,
Где над ними дрожала земная межа.
Сквозь разрывы снарядов, под свист и под гул,
Где над каждым из них дрон крылом полоснул.
Закрывали собой, подставляли тела,
Чтоб за лентой разлука его не нашла.
Но не радует мир, и не греет уют,
Там, за лентой, его по-прежнему ждут.
Не забыть запах пороха, братьев плечо,
Сердце тянет туда, где опять горячо.
Мать просила остаться, отец промолчал,
Но он слышит далёкий стальной сериал.
Не смогли удержать, не нашли тех причин —
Он вернулся в огонь, где свинец и полынь.
И когда запыленный он в лагерь вошел,
Словно воздух родной под накатом нашел.
Братья замерли разом, не веря глазам —
Жив! Вернулся! Назло всем штыкам и ветрам!
Никаких лишних слов, только крепкий охват,
И суровая радость усталых солдат.
Кто-то хлопнул по клипсе, кто-то руку пожал:
«Мы-то знали, братишка, ты нас не бросал!»
В кругу у костра, под небом ночным,
Где воздух пропитан и горьким, и злым,
Они заглянули друг другу в глаза:
«Нам падать под пулями больше нельзя.
Мы вместе зашли — мы вместе уйдем,
И каждый вернется в свой брошенный дом.
Мы маме напишем, отцу подмигнем,
И свадьбы сыграем, и сад разведем».
То клятва была не на громких словах —
Она застывала в суровых сердцах.
Вернуться домой, сквозь свинец и огонь,
Чтоб встретить в прихожей родную ладонь.