66 Цицали

Жил-был пастух по имени Цицали, что значит Кузнечик. И была у него жена.
Однажды в городе умер человек, и на том месте, где лежало тело, собралось много народу. Жена пастуха пришла туда раньше всех. Видя, что людей пока немного, она присела у очага. Вскоре явилась богатая женщина и, потеснив жену пастуха, уселась на её место у камина. Затем пришла жена казия, и жена пастуха подвинулась ещё ближе к двери. Потом вошла ещё одна женщина, и так, мало-помалу, весь дом наполнился, а жена пастуха оказалась у самого порога.
Город этот был под властью падишаха, и у падишаха был приближённый казий. Когда в конце концов пожаловала и жена этого казия, все женщины, что были в доме, почтительно встали, усадили её на самое почётное место, а жену пастуха и вовсе вытеснили за порог.
Жена пастуха подумала: «Ей оказывают такое уважение потому, что её муж — учёный. Чем же я хуже? Я тоже заставлю своего мужа учиться».
Вечером, когда Цицали вернулся домой, жена рассказала ему о случившемся и твёрдо сказала:
— Смотри, если ты станешь учиться — учись, а если нет — нечего тебе делать в этом доме.
Слова жены показались Цицали странными, но, поразмыслив, он согласился.
— Жена, — сказал он, — но мне уже пятьдесят лет. Годы немалые. Разве я смогу учиться? И как же быть с пастушеством?
— Заботу о скоте пусть хозяева берут на себя, — ответила жена. — Ты же учись и привыкай. А если нет — не видать тебе смерти в этом доме. Ступай к учёному из нашего квартала, пусть научит тебя читать и писать.
Цицали не оставалось выбора. На следующий же день он оставил пастушество и задумался об учёбе. Он заказал мастеру книжную доску и отправился к мулле. Выслушав его печальную повесть, мулла удивился, но подумал про себя: «Какая мне забота? Пусть учится, я своё всё равно возьму».
Так Цицали начал постигать грамоту. Алиф, бей, тей… Он выучил буквы и принялся читать по складам. А когда одолел слова, настроение его заметно улучшилось.
Однажды он пошёл прогуляться. Долго шёл и вышел к большому мосту у города. В том месте под мостом было глубоко — там находился водозабор для мельницы. В это время по мосту прогоняли стадо верблюдов самого падишаха. Среди них был один любимый верблюд. Верблюды толкались, и случилось так, что любимец падишаха сорвался с моста и утонул. Никто этого не заметил, кроме Цицали.
Вечером падишах хватился своего верблюда и спросил у погонщика:
— Куда же делся мой любимый верблюд?
— Не знаю, — ответил погонщик, — я только видел, что все они направились в город.                Падишах решил, что в городе орудуют воры, которые и украли верблюда. Он приказал собрать всех учёных, чтобы те нашли пропажу. Сначала созвали всех известных учёных, потом тех, кто был менее сведущ, а затем и тех, кто лишь умел читать. Но никто не смог указать вора.
— Есть ли в городе ещё какой-нибудь учёный? — спросил падишах.
— Есть один по имени Цицали, — доложили ему, — но он только недавно начал учиться.
— Позовите его, — велел падишах. — Может быть, он знает вора.
Когда Цицали явился, падишах сказал:
— Моего любимого верблюда украли воры. Ты должен найти того, кто это сделал. Если найдёшь, я дам тебе целый мешок золота.
Цицали опустил голову и ушёл. На следующий день к вечеру он вновь пришёл к падишаху.
— Твоего верблюда никто не крал, — сказал он. — Он сорвался с обрыва в реку и утонул. Если не веришь, пошли людей с баграми — они вытащат его.
Падишах послал людей с баграми, и они извлекли верблюда именно с того места, которое указал Цицали. Цицали получил обещанное золото, и дом его стал богатым.
Прошло некоторое время. Однажды вскрыли падишахскую казну, а золото исчезло. Тотчас вызвали Цицали.
— За три дня найдёшь воров, — сказал падишах, — а нет — я велю тебя казнить.
У Цицали душа упала. В глубокой печали он ушёл и сел размышлять, не зная, что делать. Прошла одна ночь, за ней вторая, наступила третья — а Цицали всё думал. Воры же тем временем следили за ним.
— Этот человек не спит, — говорили они между собой. — Он знает, кто украл. Если он скажет, падишах казнит нас. Лучше пойти и дать ему откуп.
Так они решили и в третью ночь постучались в дом Цицали. Цицали испугался, подумав, что это посланцы падишаха, и не мог сдвинуться с места. Жена открыла дверь, и воры вошли.
— Знаешь ли, зачем мы пришли? — спросили они.
— Говорите, — ответил Цицали.
— Это мы украли падишахскую казну. Не выдавай нас, иначе он казнит нас. Мы укажем тебе место, где спрятано золото, а ты скажи падишаху, что казну похитили джинны.
— Я знал, что это вы, — сказал Цицали. — Мне не хотелось вас выдавать, потому я и был в раздумье. Хорошо, что вы сами пришли.
Воры указали ему место, где зарыли золото. Довольный и радостный, Цицали отправился к падишаху.
— Ну что, — спросил падишах, — узнал воров?
— Узнал, о падишах, — ответил Цицали. — Твою казну украли не люди, а джинны. Если желаешь, пошли людей с кирками: твоё золото зарыто в земле в таком-то месте на кладбище.
Падишах велел копать, и всё золото оказалось там. Его извлекли, а часть дали и Цицали.
После этого случая падишах подумал: «Такого казия нигде не сыскать. Надо приблизить его и поставить судьёй». Так Цицали стал казием.
Тогда жена сказала ему:
— Не думай, что всего ты достиг благодаря своим способностям. Всё это благодаря моим. А теперь построй мне хороший дом в таком-то месте.
Цицали не ослушался жены и сделал всё, как она велела. Стали они жить вдвоём счастливо. Прошло время. Цицали вершил правый суд, и в стране никто не смел воровать. Падишах оказывал ему великое уважение.
Однажды падишаху захотелось прогуляться со своим новым любимым казием. Они вдвоём выехали в фаэтоне. Когда выехали из города, падишаху пришла на ум одна мысль: он вышел из фаэтона, отошёл в сторону, поймал кузнечика и зажал его в кулаке. Затем, вернувшись, сказал Цицали:
— Ты — мой любимец, мой казий, много знающий. Надо, чтобы ты всё знал. Если отгадаешь, что у меня в кулаке, — тогда и впредь будешь у меня в почёте.
Сказав так, он спросил. У Цицали душа упала. Он в отчаянии воскликнул:
— Теперь ты пропал, Цицали (Кузнечик)!
Падишах тотчас разжал кулак, бросил кузнечика на землю и молвил:
— Нет у меня больше слов. Тебе всё известно!
После этого Цицали стал ещё более уважаемым и почётным. Он творил правосудие, помогал бедным, и народ очень любил его.