Змеелов

Обо мне говорили: он рождён был мглой, 
Словно туман мне был матерью злой. 
Я шёл по селеньям, как вестник беды, 
С мёртвым глазом на мир и без сердца внутри.

А прежде было все, и женщина, и свет, 
И тёплый дом над речкой, и деревьев цвет. 
Но змеевицей стала та, что была женой, 
И я своей рукою закончил век земной.
 
Безлюдье взяло жар — оставило золу, 
Я чую их отродье по запаху и злу. 
Иду туда куда обычно входа нет
Где тьма и мрак не видели рассвет
 
Мне не любить — у меня сердца нет, 
Только ржавая руда да безлунный рассвет. 
Только мёртвый мой глаз да туман за спиной, 
Да дорога сквозь мрак, да Безлюдье со мной.

И пусть тянет к тебе, как к живому огню, 
Я ладоней твоих всё равно не приму. 
Рыжая бестия, сердце моё, 
Мне не любить — во мне всё мертво.
Мне не любить — во мне всё мертво.
 
Ты встала со мной — ни шага назад, 
Чувствовал я, что ты тайны хранила 
И не просила ни слов, ни клятв, 
Ты просто жила. И меня учила.

Ты чужую избу обернула жильём, 
Там, где пепел лежал, запах хлеба и льна. 
И я понял не сразу, идя напролом: 
Страшней не Безлюдье — страшней тишина.

Я думал, что Остров пророчил беду, 
Я думал: в тебе та же тёмная стать. 
Но ты оказалась сильней моих слов — 
Не дала мне сгинуть. Не дала солгать.
 
А Остров звал всё ближе, во сне и наяву, 
И путал след полынный со змеями в траву. 
Мой мёртвый глаз всё видел — как тонок этот шов 
Меж тем, что кличут тварью, и тем, что есть любовь.
 
Мне не любить — у меня сердца нет, 
Только ржавая руда да безлунный рассвет. 
Только мёртвый мой глаз да туман за спиной, 
Да дорога сквозь мрак, да Безлюдье со мной.

И пусть тянет к тебе, как к живому огню, 
Я ладоней твоих всё равно не приму. 
Рыжая бестия, сердце моё, 
Мне не любить — во мне всё мертво.
Мне не любить — во мне всё мертво..
 
На твоём острове гас небосвод, 
И древняя тьма поднималась из вод. 
Ты встала меж зверем и сутью своей, 
А я — между клятвой и жизнью твоей.

Я видел: Безлюдье раскрыло мне пасть, 
Хотело и душу, и волю украсть. 
Но если спасенье — лишиться навек, 
Я выберу это. Я ещё человек.
 
Я отдам своё сердце из ржавой руды, 
Пусть расплавится в жаре последней беды. 
Пусть ослепну совсем — лишь бы МНЕ быть с тобой,
Рыжая бестия, свет мой живой. 
 
Я отдам своё прошлое, мрак и обет, 
Пусть во мне не останется прежних примет. 
Я не знал, как любить, но, идя за тобой, 
Обрел своё сердце — и снова живой.
Я снова живой...
 
Обо мне говорили: он был рождён  мглой. 
Пусть...
Но сердце вернулось, 
Лишь когда я пошёл за тобой.