Асина вера или другая сторона неба

***
  На маленькой веранде, которую опоясывал вьющийся плющ, сидели трое: бабушка – седая, немного осунувшаяся, держащая в руках старенький молитвослов, мама – немолодая, но всё ещё красивая женщина с серыми тревожными глазами, то и дело поглядывающая в сторону телефона, будто ожидая чьего-то сообщения и тоненькая семилетняя Ася, укутанная в самодельный вязанный плед. Несмотря на середину августа по утрам каменные ступени ещё отдавали холодом, не успевая согреться под едва появившимися лучами солнца. Заря, обычно имеющая оттенок лимонного пирога, который часто готовила бабушка, сегодня была ярко-розовой...
     Ася дышала тяжело. Грудная клетка вздымалась как у маленького воробушка, спасавшегося от хищной птицы. Взрослые в синих халатах час назад сказали, что приступ снова миновал, погладили её по щеке и отошли, позвав за собой маму. На достаточном, как им показалось расстоянии от девочки, приглушенными низкими голосами, сказали, что с такими показателями и участившимися приступами Ася вряд ли доживёт до третьего класса. Послышался тихий мамин всхлип. Бабушка стала громче читать молитву, и до Аси доносилось: "...будет воля Твоя, яко на Небеси и на земли... Яко Твое есть Царство и сила, и слава".
     Девочка продолжала вздымать грудь, ловя все чаще ускользающий от нее в последнее время, свежий воздух. Легкие понемногу наполнялись ароматами спелых яблок, душистой лиловой вечерницы и травы, которую вчера скосили соседи на поляне за их забором. Асины любимые запахи. Неровное дыхание неохотно успокаивалось. Она смотрела на ярко-розовые всполохи, делающие ветви раскидистых деревьев в саду четкими и чёрными, и представляла это царство, о котором говорилось в молитве.
     Бабушка часто рассказывала Асе, что такое место называется раем и попадают туда только добрые люди, которые верой выбрали Бога – небесного Отца всех-всех людей. Девочка, прикоснувшись к крестику дрожащими, то ли от болезни, то ли от утреннего холода пальцами, подумала, что теперь не она, а сам Бог её выбрал, и что раз до третьего класса ей не дожить, то так и надо.
      Розовый луч пробил крону старого яблоневого дерева, разбился на несколько световых ниточек и весело приземлился на разноцветный плед, обтягивающий Асины колени. Девочка представила себя частью этих солнечных всполохов, будто в ответ смотрящих на неё. "Ну и что же плохого?" - соглашались они с Асиными мыслями.  Зачем мама плакала, глядя на прячущую глаза тётю в халате, если Ася, её Ася, скоро пойдёт к Богу? Может переживает, что она недостаточно добрая и верящая? Но Ася верит, верит в этого отца всех людей, раз своего собственного, личного папы у неё нет. Да и тем более в этом царстве у нее уже есть знакомые: прадедушка, умеющий плести корзины из веточек ивы и, рассказывающий маленькой маме интересные, а иногда даже страшные сказки, которые Асе тоже будет интересно послушать, прабабушка, которую девочка едва помнит, но точно знает, что полненькая женщина в разноцветном фартуке, тёплыми руками и всегдашней конфетой в кармане тоже будет рада встрече. Наверное, мама боится заскучать без неё, они ведь всегда вместе сколько она себя помнила. Но это же не навсегда! Бабушка говорила, что все когда-нибудь пойдут к Богу.  Только кто-то останется с ним, а кого-то он отправит в другое место, пугающее и безнадёжное. Но маму- то не отправит! Асе казалось, что нет никого добрее этой красивой и часто печальной женщины, поющей на ночь колыбельные и разрешающей не доедать холодный суп перед лимонным пирогом, напоминающим летнее солнышко. Сама мама тоже напоминала Асе солнышко. Значит они увидятся, когда Бог решит и её выбрать. И с бабушкой тоже увидятся, твёрдо решила Ася, переведя взгляд на ее спрятанное за молитвословом лицо. Бабушка редко плакала, намного реже мамы или самой Аси. "Бабушка у нас сильная!" - часто говорила мама. Но сейчас девочке отчего-то казалось, что бабушкина фигура осунулась, ослабела и стала совсем маленькой, а она, Ася, наоборот, большой и легкой, как парашютики золотарника или чертополоха, плавно и неспешно летающие в жаркий день вдоль речки недалеко от дома.
    Заря разбавляла яркие краски в первых лучах восходящего солнца, делая небо прозрачнее и приветливее. На деревьях проснулись маленькие птички.Перепархивая с ветки на ветку,они приветствовали утро радостной перекличкой. Наверное, подумалось Асе, там наверху всё также красиво, и когда она умрет, то перейдёт из одного царства в другое, от одних добрых людей к другим. Слово "смерть" перекатилось на языке чем-то странным. Нехорошее слово, решила Ася, мама от него плачет. А у неё такие красивые глаза, когда она смеётся. Лучше называть это "жизнью", подумалось девочке, просто другой, такой, для которой надо увидеть небо с другой стороны и немножко подождать встречи со всеми теми, кого любишь.