Утихнет речь

Утихнет речь. И что же сказано сейчас? Почти ничего. Ты даже не заметила, как я Тебе говорил, все это время говорил. И если слова действительно подлежат обесцениванию и смерти, то я должен умереть вместе с ними. И если действительно мои слова не значат ничего, то и я должен пойти туда, куда мои слова идут, где обречены исчезнуть все слова. Что-то значит слово, но что? Как только лишаются слова смысла, тут же и спрашивают - а кто,собственно, говорит? Или уже совершенно ни о чем не спрашивают. И когда лишатся все слова смысла, но кто тогда, кто тогда осмелится говорить? Я иду к Тебе с моей опустевшей грудью, чтобы Ты не боялась, но наполнила меня вином любви, не страшилась моей опустошенности, но излечила меня этим всевышним опьянением. И вот, приходишь Ты, как взбудоражен я, все вокруг значит так много, и я вместе со всем обретаю смысл. Приходишь Ты, и каждая вещь говорит, как будто она обрела дар речи только сейчас, впервые, чтобы праздновать наше единство. Ты пришла, и все заговорило наперебой - кто, собственно, говорит, спрашиваю я? И не смею спросить, ибо Ты из глубины вулкана говоришь со мною, и я не знаю - содействовать ли мне речи Твоей, или замолчать, чтобы все было бессмысленно? Но Ты говоришь, и вулкан Твоей души просыпается, - что делать мне здесь, сейчас, на краю погибели? И я говорю с Тобою, и всеми силами призываю Тебя гореть, сиять для меня! И этот огонь - он становится моей кожей, чтобы войти в мою грудь и блистать в ней! И я говорю с Тобою, когда Ты меня лишила последнего страха, чтобы мы сейчас соединились в этом бушующем танце, когда все одинаково живёт и не смеет жить!