Сжечь корову

ещё не догорели все границы совести
сижу перед экраном
и молча…

не слышу рыданий животных
не слышен ни вой
не слышно
тяжёлого гула сжигаемых коров
глухой коровий зов
заживо сжигаемых образов дома
следы в снегу, пролитая кровь
деревянный деревенский уют

солнечные лучи, каркасы крыш
усыпленных не усыпишь 
 
заживо — с выпученными глазами
чуть-чуть
мычание
не слышно, выключили звук
чуть-чуть
мучение

онемевшие от ужаса
с чуть усыплённой мордой, полной ответов
глаза хозяев и их коров

многие бухают, плюют
сжигают
образ доверчивости и веры
в справедливость — звериную и божью

собаки лают
деревянный деревенский уют

слышу лишь рёв
между небом и землёй
между правдой и ложью
между справедливостью
звериную и божью
лишь взрывы вопросов

молчание
тихий рёв

заживо погребённых в своих мавзолеях
хозяев и их коров
на границах утраченной человечности
мировых держав

ничего не сжав —
ещё не горели все рубежи бессовестности

не слышно слов —
огнеупорных, несожжённых ответов
безполезности

среди весеннего пения птиц —
молчание
тишина на границах
тишина новых рассветов
не слышно воя
дотла сгоревших надежд

деревянный деревенский уют

бомбёжки
и ради забвения — пьют
и ради жизни - в один конец
глухие пробежки

выключили звук

лишь сирены
и у въезда - автомобильный клаксон
лишь домашний уютный сон
лишь волчьи стаи
которые тихо ждут
пока сгорит последняя граница
заживо усыплённой совести

как огонь дотла сгоревшего Дрездена —
доколе простирается человеческая память?
из рассказов
окна бабушкиной гостиной дрожали
от ударных волн
далеко за горизонтом
помню её глаза —
тогда вечером зажигался закат

и средневековая граница совести
горела беспощадно


медленно и прохладно


чувства ночью
без оправданий
так же, как и сегодня


всё ещё горит