81

Когда я раздражаюсь — гвоздь вбиваю,
Когда же извиняюсь — вынимаю.
Но след от ран на дереве остался,
И тихой болью в кроне отзывался…

Слово — живое, оно отзовётся,
В сердце оно, навсегда остаётся.
Прежде чем ранить — остановись…
Слово есть смерть, и оно же, есть жизнь.

И понял я: прощенье — не всегда,
Стирает след, что сделан сгоряча.
Слова, как гвозди, входят глубоко,
А вынуть их — не значит, что легко.

Слово — живое, оно отзовётся,
В сердце оно, навсегда остаётся.
Прежде чем ранить — остановись…
Слово есть смерть, и оно же, есть жизнь.

Теперь, я стал беречь свои слова,
Чтоб не вбивать в чужую Душу боль.
Ведь каждое «прости» — уже полшва,
И шрам живёт, своей немой судьбой…

Слово — живое, оно отзовётся,
В сердце оно, навсегда остаётся.
Прежде чем ранить — остановись…
Слово есть смерть, и оно же, есть жизнь.

И вдруг однажды, в тишине ночной,
Я к дереву ладонью прикоснулся —
И вздрогнул… будто кто-то в нём, живой,
И болью человеческой вернулся.

Слово — живое, оно отзовётся,
В сердце оно, навсегда остаётся.
Прежде чем ранить — остановись…
Слово есть смерть, и оно же, есть жизнь.

И сжалось всё внутри: и, может быть,
Средь тех стволов, что я калечил вновь…
Стоял и тот, кто так хотел Любить,
Но получал, лишь гвозди вместо слов.

Слово — живое, оно отзовётся,
В сердце оно, навсегда остаётся.
Прежде чем ранить — остановись…
Слово есть смерть, и оно же, есть жизнь.

Я отшатнулся, сердце — как в огне…
И понял с тихим страхом, не спеша:
То дерево — не где-то там, вовне…
В нём жизнь, терпение, Душа...

Слово — живое, оно отзовётся,
В сердце оно, навсегда остаётся.
Прежде чем ранить — остановись…
Слово есть смерть, и оно же, есть жизнь.

       Дмитрий 26.03.2026.