Охота. Там где-то, за зеркалом. Эффект трюмо

   
   Мы прошлись с отцом молча вдоль всего пологого склона оврага, по самому дну которого протекал совсем мелкий, но вполне весёлый ручей.
   Мы ждали какого-то чуда, что вдруг из травы заросшего по обоим бережкам ручейка нам за спину поднимется откормленная стайка кряковых!..
   Ну, это я, конечно же, загнул! Нам бы и шустрых чирков вполне бы хватило!..
   Ну, в-общем, идём так, как на простой пешей прогулке!..
   Только  ещё с оружием в руках. Слева - заросший высокой травой ручей, справа - сдерживающая рост оврага кустарнико - лесная, высаженная человеком лесополоса. Редко здесь увидишь вяхиря - крупного лесного голубя. Который ещё издалека заприметил тебя и вёл  до той  поры,  пока дистанция не оказывалась слишком опасной для него самого. И только тогда, ломая под собой  тонкие  ветки, он взлетал и под прикрытием еще оставшейся листвы, растворялся где- то на другой стороне посадок!..
    Слева, из самой низины оврага, показалась человеческая голова и затем весь человек в комуфляжной форме. Отец пошёл ему навстречу, я же - чуть правее, вдоль лесонасаждений. Меня, тогда ещё по какой-то задумке природы слишком мелкого, никто серьёзно не воспринимал. Отца же готовы были слушать и слушать. Ещё бы, педагогический стаж в одном из престижнейших ВУЗов страны сам собой не насслаивается. Мне очень часто казалось, что отец иногда несёт такую откровенно-несуразную околесицу, но совершенно незнакомые ему люди готовы были на это отдать последние минуты своего драгоценного времени. Или это только мне казалось, что у этих разговоров нет вообще никакой содержательной базы. Пожалуй, никого не обошла стороной полоса юношеского максимализма, а уж со мной - так и подавно!
   Где-то посередине некоего плато овражьего склона они
пересеклись, пожали друг другу руки и о чём-то заговорили. Я - лишь махнул рукой в качестве приветствия. И остановился, внимательнее вглядываясь в ландшафтный дизайн самой природы. А куда, по большому счёту, спешить? Дичи - абсолютно никакой! Тишина, да и только! Лишь изредка стрекочет, словно потревоженная кем-то сорока. Всё плато, в центре которого стояли отец с незнакомцем было таким ровным, что чем-то, с моей стороны, напоминало футбольное поле, разве что под наклоном, да кругом повсюду пронизанный молодыми побегами колючего терновника. Чуть ниже меня сгруппировались целые заросли тёрна или торна, как мы называли его у себя в саду.  Спустившись к кустам, я зацепился, чуть не разорвав куртку за натыканные повсеместно колючки.
С полной горстью ягод я как бы самореализовался за весь пустопорожний, бестрофейный выходной, закинув себе в рот несколько ароматных ягод. Нужно было со стороны смотреть, как меня буквально всего перекосило, сковав что одну, что - другую челюсти.  Отплевавшись от ягод, насколько это было возможно, я поднялся снова на пустырь.
   Снова мои мысли вернули меня к бегущему по дну оврага ручейку: руку на отсечение даю, сидит где-то там, в траве утка и в ус не дует на проблемы горе-охотников.     Это мне всё напоминает эффект зеркального трюмо! Или даже просто обычного зеркала.  Когда раскрываешь боковые его створки и вся комната вдруг наполняется каким-то волшебным солнечным светом, заполняющим всю комнату без остатка. И ты сидишь , без какого-либо намёка, даже без какого-либо подозрения, что за центральной плоскостью зеркала может находиться целый склад аккуратно сложенной по коробкам прошлогодней обуви. Ты утопаешь в солнечном свете как по эту сторону зеркал, так и в зазеркалье!
   И тут вдруг, раздвинув побеги кустарника по краю лесополосы, вылезла мордочка молодого пятнистого  оленя! Да нет же, гораздо меньшего в размерах. Может, подросшего оленёнка?!
   - Да это же - самая настоящая косуля! - Вырвалось у меня изнутри.
   Сначала я даже и не понял, что произошло. Просто, словно мультяшная, на сером фоне ветвей вылезла оранжевая голова на вытянутой оранжевой шее, сквозь стеновую плоскость подтянутых кверху высоких кустарниковых ветвей. И на мгновение она вдруг застыла! Как чучело на стене, в домике, среди трофеев охотника! Если бы не уши её, крутящиеся, как боевые локаторы, всё могло показаться нелепой цветной картинкой. От такой невымышленной картинки я замер на том самом месте, где и стоял. Как неживой каменный идол, внимательно наблюдавший, однако, за общей картиной происходящего.
   Косуля посмотрела на мирную беседу двух охотников, затем перевела взгляд на журчащий по дну оврага - ручеёк. В конечном виде - точно на меня и в следующее мгновение исчезла, как и появилась.
   Я нырнул тут же в пасадки! Интересно же, одна она или в составе некой группы? Специально, скажем, зашла к родниковой воде на водопой?!. Или совершенно случайно?..
   Но - ни одинокой тени, ни, тем более - стаи, свозь просвет полуопавшей листвы - не наблюдалось!.. Как-будто косуля - всего лишь вымысел! Плод моего необузданного воображения! На фоне всей красоты окружающей меня природы! Просто, не хватало для всего выходного  дня большой, жирной точки!
    Обескураженный всем произошедшим, я вышел из посадок и медленно побрёл в сторону отца. Тот пожал собеседнику руку и пошёл мне навстречу.
   - Заждался? - спросил он, подойдя чуть ближе.
   - Да нет! - ответил ему я и рассказал про косулю.
   - Косуля?!. В пятнадцати метрах от тебя?.. Кто другой скажи, не поверил бы! И в какую сторону она убежала?
   - Не знаю!
   А что я мог ответить?.. Эффект трюмо!
   Ещё я для себя отметил, что после первых серьёзных морозов, тёрн из вяжущей язык ягоды превратится в изысканный охотничий перекус, что сделает зимнюю охоту в этих краях - совершенно беспроигрышной.
   -Ну что, пошли домой? - Предложил отец.- Тем более, что мы еще на местный автобус успеваем. В это самое время весьма отчётливо прокричала кряква. На что мы только уверенней прибавили шагу.
   P. S. Мы ехали в полупустом сельском автобусе, постоянно подпрыгивая на ухабах и колдобинах местной дороги. Я сквозь окутавшую меня дремоту ещё пытался что-то сказать относительно человека, вздумавшего пойти на перекор самому существованию дичи и некоторых особенностей её поведения в естественной среде обитания.
   Пятнадцать раз дичь проскользнёт между сапог охотника, особенно если она с местного выводка, но так и не встанет на крыло: её совершенно не интересует мнение охотника, она выбирает - жизнь! Мне нисколько не было жалко повстречавшегося нам охотника, но он должен прийти к определённым выводам сам, без чьей-либо помощи.