В тёмной глубине ожидания

Дневниковое

*
Та же самая жизнь, зябкость туманного утра – здесь и сейчас.
Белая пелена похожа на чистый лист бумаги,
скрывает в себе масштабные высотки.
В них не раз влетали с моря ударные дроны.

Если забыть на мгновение, что время убийц и людоедов
не заканчивается победой детского смеха,
можно вспомнить сюжеты, знакомые с детства,
отследить путь героев, оживляя их до последнего события.

Та же самая жизнь, кажущаяся сном в туманном тоннеле тишины.
Хватит мгновения, чтобы воскресить в памяти мёртвую птицу,
увидеть цель и перспективу.

*
Причина не во сне – в тёмной глубине ожидания.
Фонари на фоне зимнего ночного неба –
безучастные зрители своей ограниченности.
Даже на их свет летят ракеты и шахеды. 
Свет уходит с улиц, из домов и квартир,
оставляя иллюзию полной темноты.

Блэкаут не приговор зрению, если смотреть вверх.
В глазах отражается созвездие Ориона,
в мыслях – детский стишок.
Раз, два, три, четыре, пять…
Сколько ещё впитывать в себя чужие тени?!

Взрывы сотрясают дома.
Нечто бесплотное вслушивается в мои сердечные ритмы,
сторожит звёздную ночь, ничего не ожидая.
Где-то глубоко,
под глиняным панцирем моего мироздания,
давно знакомая мне тень
поднимается огромной волной,
чтобы накрыть каждого, кто в ней отражается.

*
Снова не в рифму.
Среди чёрных, красных, синих курток
на фоне белоснежной зимы –
призрачные фигуры солдат –
расходятся, как круги на воде,
иногда тронут чью-то душу неслышным криком,
исчезая в тёмном небесном провале.

С детства помню эхо этого крика –
моя семья жила в Каховских казармах.
Они часто снились мне – солдаты без лиц,
силуэты в армейских плащ-палатках.
Утром забывала о снах, отвлекаясь
весёлой мирной суетой и детскими стишками.

*
Ноет в груди старая боль.
Неизбежное разлито в воздухе.
Неотвратимая роковая реальность войны –
бойня, украшенная
фантомными бабочками стимулов и ограничений,
без права на уменьшение страданий.

«Нью мытари» взимают налоги просто неба,
берут деньгами и живыми людьми, грузят в бусики.
 
Смерть и налоги. Много смертей.
Пытка темнотой и холодом.
Избыток слов, теорий, прогнозов, слухов.
Избыток лжи.
Мифомания мирового масштаба.

Кто-то скажет:
человек растит в себе то, на чём фиксирует внимание.
Можно наполнить своё существование общением, театром,
выставками, чтением книг, просмотром фильмов,
любимой работой, хобби.
Можно, если ты не на фронте и не на грани выживания.
Чем дольше длится война, тем больше вокруг страданий.
Они вплавляются в разговоры, театральные подмостки,
выплёскиваются мертворождёнными сценариями на киноэкраны.
Они заполняют собой сны и камни всех дорог.
Мельничные жернова 21 века
перемалывают в костную муку несколько поколений,
чтобы удобрить и без того богатую землю
во имя таинственной богини, именуемой Геополитикой,
вечно беременной неоднозначностью.

В парке бегают дети, смеются, играют.
Мимо идут взрослые,
среди них всё чаще встречаются живые мертвецы.
Проигравшие свою битву, потерявшие себя и близких,
они знают, что значит умереть,
не вмещаясь в бессмертие.
Они ещё дышат, но взгляд их направлен в прошлое,
блуждает там – среди радостных событий,
останавливается на любимых лицах,
скользит по чёрной линии,
где жизнь разделилась на до и после.

январь 2026