Хам, сын Ноя, и я

Грядущий Хам* и Благая Весть

Благая Весть –  грядёт навстречу Бог,
И вешний день – как будто придыханье.
Навстречу ему шествует  сапог.
Он ценит явь, пройтись готов по тайне.

В дверной глазок  Хам щурится  в упор –
Он сделает публичным  достояньем
Моей души , ему потешный, сор.
 Пир -  свояку в чужой исповедальне .

Жаль, Мережковский видел сквозь пенсне
Лишь очертанья кривды сына Ноя.
Грядущий Хам доволен тем вполне,
Что за него законники стеною.

Разнюхает , поднимет НА смех он,
В своё единовластие поверит.
Грядущий Хам – косилка   для тихонь,
Произраставших в поле его зренья.

Законники наставят, мол, смирись,
Но в душу разве может быть наводчик?
Благая Весть – для «праведников» приз.
Глазки дверные  вновь фасуют прочих.

Не сделать явным тайное под взор,
Горланящий, что всё ему доступно,
В неверии живу я до сих пор -
Глазкам дверным, глазам с прищуром, лупам.

Затянет песню Хам «Кто был никем,
Тот станет всем» в миру, в исповедальне,
Средь свояков,  в  укромном уголке,
Где смаковать увиденное станет.

 "Грядущий Хам" - эссе Дмитрия Мережковского