V. Опустошение

Наконец-то мы в старой квартире.
Тёплый свет. Тишина. Потолок.
Наконец-то мы снова одни в этом мире.
Слабость. Таблетка. Хриплый твой голосок.

Чернила сухие.
Ручка в руке — как чужак.
Пустота нашу близость огородила.
Не могу говорить —
Стыд в глазах
За то,
Что меня ты простила.

А ты всё равно рядом, ты слушаешь тихо
Моего раздражения крик:
— Ненавижу. Убей. Будь убита!
Не могу я писать — не поэт, не постиг.
Только ты виновата, я не спал и смотрел:
Восемь дней кортизоловой комы —
больничная палата, запах хлорки, смертей,
запах
моей
истомы.

Ты молчала и слушала. Только слеза
Опять протекала лениво.
Вина. Великая вина.
Я стал тем, от кого ты свалила.

Ночь. Ты не ушла. Проглотила слова,
Мол «под утро забуду».
Мы лежим, смотрим в глаза — и стена
Воздвигается туго и грубо.

Я не знаю, как мне любить без стихов,
Как мне любить просто мгновения.
Я не знаю, стою ли я тех грехов,
Что ты ради меня запиваешь портвейном.