Философ Станислав Ежи Лец

Это мой любимый философ!

Польский поэт Станислав Ежи Лец (1909 – 1966).

Польский поэт, писатель-сатирик, афорист, философ. Уроженец Львова, который в то время относился к Австро-Венгерской империи. Родился в интеллигентной семье австрийского барона еврейского происхождения и представительницы польско-еврейской интеллигенции. Во время Первой мировой войны с приближением фронта семья уехала в Вену, где Станислав получил начальное образование. Продолжилось оно в евангелической школе Львова, позднее – в Львовском университете Яна Казимежа на юридическом факультете. В 1933 году увидел свет его первый стихотворный сборник «Цвета».

Затем Ежи Лец переезжает в Варшаву, сотрудничает с газетами и литературными журналами, выступает организатором литературного кабаре «Театр Пересмешников». Ежедневная судебная хроника, публиковавшаяся в политической газете, которая выступала за создание народного антифашистского фронта, не нравилась властям, и после закрытия издания Лец из-за угрозы ареста уезжает в Румынию. С 1941 по 1943 год писатель находился в концлагере, затем с места расстрела ему удалось сбежать в Варшаву, где он редактировал подпольные военные газеты. В 1944 году Лец партизанил в лесах Люблинского воеводства, воевал в качестве офицера в рядах Войска Польского, был награжден Кавалерским Крестом ордена Polonia Restituta. После жил и работал в Лодзи, Вене, Израиле, пока в 1952 году не вернулся в Польшу, где его публикации из-за открытой оппозиционности политических взглядов долгое время находились под негласным запретом. В 1957 году выходит ставший знаменитым сборник сентенций, афоризмов, эпиграмм «Непричесанные мысли», в 1959 году – книга того же жанра «Смеюсь и спрашиваю, как пройти». В 1960-х гг. вышел ряд лирических сборников. «Новым непричесанным мыслям» было суждено стать последней прижизненной публикацией Станислава Ежи Леца.

ЦИТАТЫ:
 
Снося памятники, сохраняйте пьедесталы – они всегда остаются в цене.

Я верю в то, что человек когда-нибудь создаст гомункулуса, но Господом заклинаю: пусть не повторяет ошибку Всевышнего – не создает человека по своему образу и подобию.

Всегда найдутся эскимосы, которые возьмутся советовать жителям Бельгийского Конго, как им лучше вести себя во время особенно сильной жары.

Всем известно, что людей можно делить по-разному, например на людей и нелюдей. Услышав это, палач удивился: «А я всегда делю их на головы и туловища…».

Будь у нас искусство беседы на более высоком уровне, прирост населения был бы значительно ниже.

Трудно жить после смерти. Иногда на это надо потратить всю жизнь.

В одних странах изгнание считается самым страшным наказанием, в других наиболее гуманно настроенным гражданам приходится за него бороться.

Остается мало времени. Нам постоянно грозит вечность.

Могло быть хуже. Твой враг мог оказаться твоим другом.

Миг осознания своей бездарности – это проблеск гения.

Многие из тех, что обогнали свое время, вынуждены потом его дожидаться в не слишком удобных помещениях.

Не встречайте людей с распростертыми объятиями – так им легче распять вас.

Каково назначение человека? Быть им.

Мы все ближе к открытию наукой Бога. Боюсь, за Его судьбу.

Будьте самоучками – не ждите, чтобы вас научила жизнь.

У людей вообще запоздалая реакция – понимание обычно приходит лишь к следующим поколениям.

Когда я думал, что достиг дна, снизу постучали.

Я буду региональным писателем – ограничусь земным шаром!

Мир вовсе не безумен, хотя и не годится для нормальных людей – он подходит лишь нормализованным.

И все же человечество идет по пути прогресса – оно все гуманнее судит своих собственных палачей.

Он был совестью своего времени, которое ее не имело.

В неспокойные времена постарайся не уходить в себя – там тебя быстрей достанут.

Если ты полудурок, не огорчайся – среди людей наверняка найдешь свою половину.

Человек изобретал орудия труда постепенно. Но с древнейших времен один человек был орудием в руках другого.

Когда же наконец человек покорит межчеловеческое пространство?

Бессонница – болезнь эпохи, когда людей заставляют на все закрыть глаза.

Одни должны получать вторую жизнь в награду, другие – в наказание.

Мысли, которые я высказываю, настолько стары, что человечество их уже не помнит.
 
Цитаты из сборника Станислава Ежи Леца «Непричесанные мысли»

Биография — Станислав Ежи Лец

Станислав Ежи де Туш-Летц родился 6 марта 1909 года во Львове. Его отец, барон Бенон де Туш-Летц, еврей, крещённый в протестантизм, был богатым землевладельцем. Он умер в начале 1914 года, и воспитанием единственного наследника дворянской фамилии занималась мать - Аделя де Туш, в девичестве Сафрин. Все биографы сходятся на том, что эта высокообразованная светская красавица отличалась обаянием, добротой и абсолютной житейской неприспособленностью. Время не любило непрактичных. Наступление генерала Брусилова в 1915 году заставило мать с сыном бежать в Вену, и столичное детство Лец вспоминал как золотые годы. Он любил называть себя "последним личным подданным императора Франца-Иосифа". После падения Австро-Венгерской империи произошёл передел территорий. Баронское семейство лишилось своих заднестровских владений - новообразованная Румыния их национализировала. Безденежье заставило Летцев вернуться во Львов, где Станислав закончил начальную школу, гимназию и наконец, Университет короля Яна-Казимира по двум специальностям: филология и право.

Юноше прочили блестящую карьеру адвоката, но поэзия взяла верх. По-немецки Letzt означает "последний". По-древнееврейски Лец означает "паяц, шут, гаер". Если прочесть наоборот, получится Цел - тень. Под таким трагическим псевдонимом футурист Станислав де Туш-Летц ринулся в большую литературу: много выступал на эстраде, впервые опубликовался в журнале Tryby ("Шестерёнки") в июле 1931 года. Второй номер журнала со стихами Леца полиция буквально выкрала, а автора-левака взяла на заметку. Несмотря на все сложности, в 1933 году вышел первый поэтический сборник Леца: "Краски", где заключительное стихотворение посвящено Сергею Есенину. Следующие две книги вышли уже в Варшаве, куда Лец и его коллеги-коммунисты Леон Пастернак и Ян Спивак переехали в 1934 году.

В сотрудничестве с Леоном Пастернаком Лец создал литературный "Театр молокососов". Благодаря "Зоопарку" (1935) и "Патетическим сатирам" он снискал огромную славу поэта-сатирика. Но гонорары были грошовые, поэтому пришлось обратиться к периодике: стихам, фельетонам, подписям к карикатурам, а также к уникальному жанру фрашки. Брокгауз и Ефрон определяют фрашку как литературное произведение, которое соединяет в себе признаки эпиграмм, отличаясь от них только сильно шутливым и пикантным тоном. От разгневанных адресатов этих "пикантных эпиграмм" Лец нередко прятался в редакционном шкафу журнала "Шпильки". Зато в антологии "Четверть века польской фрашки", составленной Юлианом Тувимом, для его двустиший и четверостиший нашлось много места.

Раздел Польши застал Леца во Львове, где он скрывался от полиции Пилсудского. Советские власти организовали для польских беженцев-журналистов курсы переподготовки. Леон Пастернак и Лец закончили курсы на отлично, после чего первый уехал в Москву, а второй остался, рассчитывая получить кафедру в Черновицком университете, на факультете германистики, который тогда только создавался. Как только гитлеровские войска заняли Подолье, Лец попал в концентрационный лагерь под Тернополем. Он бежал, был пойман и приговорён к расстрелу, уже рыл для себя могилу, но немцы оставили надзирать над ним одного эсэсовца, а сами ушли ужинать. Узник убил эсэсовца ударом лопаты по шее, переоделся в его мундир, в таком виде добрался до Варшавы и установил контакт с силами Сопротивления. Редактировал нелегальные газеты «Zolnierz w boju» (Солдат в бою), «Swobodny narod» (Свободный народ). В 1944 году ушёл партизанить в люблинские леса. Участвовал в боях под Амелином и под Рембловом, получил звание майора, был награждён Кавалерским Крестом ордена «Polonia Restituta». Помимо того, создал партизанскую газету, и, в совершенстве зная немецкий язык, писал пропагандистские листовки.

После победы майор Войска Польского Станислав Ежи Лец поселился в Лодзи, женился и вернулся к мирным занятиям - стал главным редактором "Шпилек". О войне вспоминать он не любил и, когда ему предлагали написать мемуары, грустно отшучивался: "Дойду до того мига, когда в меня целятся, и на этот раз пуля меня не минует". Только сборник фронтовых стихов "Полевой блокнот" (1946) и воспоминания однополчан сохранили для нас облик Леца-партизана. Послужной список дал неожиданные плоды - сатирика назначили атташе по культуре в польском посольстве в Австрии. В любимом городе Вене у Леца родились сын Ян (1946) и дочь Малгожата (1950). На фоне демократических свобод страны побеждённой особенно неприглядно выглядели цензура и догматизм в странах-победителях. В начале 1950 года Лец выпустил сборник "Новые стихи"; его не приняли, раскритиковали по идеологическим причинам. И поэт с семьёй бежал в Израиль, самовольно оставив дипломатический пост. Впоследствии сам Лец признавал, что поступил так под влиянием эмоций. В Земле Обетованной адаптироваться он не смог, и вернулся уже в 1952 году после трудных переговоров. Жена и дочь остались в Израиле, сына удалось отстоять. На дипломатической карьере был поставлен крест, друзья - кто уехал, кто умер, кто отвернулся, "потому как сбежал", кто перестал здороваться, "потому что вернулся". Друг молодости Ян Спевак приютил отца с сыном у себя на квартире, а через несколько месяцев Лец уехал в провинцию - в Прушков, где во время войны редактировал многотиражку "Солдат в бою". Там он женился вторично, и у него родился сын Томаш.

В Прушкове Лец не печатал оригинального творчества - кто бы ему разрешил? Он зарабатывал переводами: проза Гейне, "Мамаша Кураж" Брехта, и писал в стол афоризмы, которым суждено было обессмертить его имя. Хрущёвская оттепель дала пану Станиславу возможность издать поэтическую книгу "Иерусалимская рукопись". Переиздание понадобилось уже на следующий год, и тогда же вышли "Непричёсанные мысли" - сборник изречений. Лец вернулся из небытия с триумфом. Впоследствии были напечатаны ещё четыре книги стихов и две - афоризмов. Неизданное расходилось в виде фольклора, магнитофонных записей, реприз КВН и прочего. Мировая антология афоризмов, выпущенная Уистаном Хью Оденом, включает в себя около двадцати цитат Леца. В начале 60-х пан Станислав серьёзно заболел.

Он знал о своём онкологическом диагнозе и напоследок успел съездить в Париж и в Вену - попрощаться. Его не стало 7 мая 1966 года. Поэт и афорист Станислав Ежи Лец похоронен с воинскими почестями на армейском кладбище Повонзки в Варшаве. В 1978 году вышел полный перевод "Непричёсанных мыслей" на русский язык, практически сразу ставший библиографической редкостью.