Родная земля. В сорок пятом. Сорок седьмой

Родная земля.

Опять жизнь планеты зависит от нас,
От нашей России Великой.
Стоим мы на страже - свободы, добра,
От злой, алчной стаи двуликой.

Нам силы даёт, родная земля,
На храмах кресты золотые.
Моря и озёра, сады и поля,
И ели в снегу голубые.


В сорок пятом.

В сорок пятом - Кёнигсберг, взяли мы в апреле,
Один немец убежал, спрятался в тоннеле.
Командир мне приказал его отловить,
В плен врагов - нужно всех взять или истребить.

Под землёй здесь целый город - форты, казематы,
А приказы, не должны обсуждать солдаты.
Там, в подземных лабиринтах не было еды,
А фашист голодный может натворить беды.

Начал жарить я шашлык, ночью возле входа,
Здесь в Прибалтике в апреле - мерзкая погода.
Немец вылез на дымок - мясом поживиться,
И попался на приманку, ну как говориться.

А когда, я опустился в тоннель с фонарём,
Обнаружен мною был ящик с янтарём.
Василевский лично сам, орден мне вручал,
Особист подписку взял, чтобы я молчал.


Сорок восьмой.

Помню год сорок восьмой,
Ветхие домишки.
Шёл я вечером домой,
Деньги снял с сберкнижки.

Словно бес передо мной,
Выскочил парнишка.
Нож сверкнул перед глазами,
Выпала сберкнижка.

Ещё утром за людей,
Ставил в храме свечку.
Обезвредить, чтоб «бандита»,
Сделал я подсечку.

За тебя я воевал,
За тебя горбатил.
Побывал даже в плену,
И едва не спятил!   
               
Расскажи-ка мне сопляк,
Ходишь ли ты в школу?
За бутылку самогона,
Потеряешь волю!

Пей сынок морковный сок,
Говорят полезный.
Будешь маму, папу слушать,
Будешь всегда трезвый!

Вот, такой - сорок восьмой,
Год послевоенный.
Тот парнишка повзрослел,
Жив, здоров - семейный.