Земной океан

Закат догорает кострами в полнеба, И ночь осторожно заходит в блиндаж.
Там город затих, нет воды и нет хлеба, Там мирный покой — время их тихий страж.
Земля замолчала, устав от разрывов, Война прикорнула на ржавой броне.
А он пишет маме — спокойно, без срывов, О том, что приснилось в предутреннем сне.

А дома у матери — иней на прядях, Молитва в губах и слеза на щеке.
Она его видит в казенных нарядах, С письмом, зажатым в озябшей руке.
«Спаси, сохрани!» — шепчут старые стены, Душою она согревает февраль.
«Живи, мой родной!» — разливается в венах, уносит в не зыбкую, сизую даль.

«Я жив, дорогая. Всё штатно, по форме. Стоим на границе твоих тихих снов.
Здесь небо сегодня в умеренном шторме, но мы — за замками тяжелых оков.
До отпуска — десять. Всего лишь декада. Я выверил каждый свой шаг и патрон.
Твоя фотокарточка — выше награды, Мой самый надежный и верный заслон».

«Сестренке скажи: я вернусь на рассвете, Обет не нарушу, присягу сдержу.
Мы Родиной живы, мы — взрослые дети, Я спины друзей за собой нахожу.
Нас много, мы в ряд, мы — единая сила, на завтра приказ — и уходим в туман...»
А мать у окна небеса попросила, Чтоб сын не покинул земной океан.

Рассвет поднимается в пепле и дыме, Команда «Вперед!» разрывает покой.
Он шепчет губами заветное имя, и крестик сжимает озябшей рукой.
Он вырвет у смерти тот мир без разрывов, Где солнце в ладонях и смех в тишине...
Стоит за неё — до последнего вздоха, На этой священной и правой войне.