Языческое

По рассказам моей бабушки Францевой Татьяны Михайловны.
Деревня Китунькино Пензенской области

Из оврага полыхнула неурочная заря.
Языки огня до неба рассекали темноту.
Равнодушно их отвергли,
         златом в зареве горя,
             купола, крестами к Богу,
                обращаясь в высоту.
А костёр, бушуя лихо, с треском
                искры рассыпая,
И в бесовском хороводе
                звёзды с искрами мешая,
Приближая смердов к звёздам,
                небо к людям опускал…

Капал сок из жеребёнка,
                пламя жизнью очищая…
Перезвон монист мордовки,
                православно окрещённой,
С треском пламени сквозь вечность
               страх и радость проносил,
В колдовском веселье танца,
                от земного отрешённый,
У языческого Бога счастья трудного просил:

– Айгыр-Латка*, озорного жеребёнка поглоти!
Конь небесный, кушай с нами
                мясо сладкое, как мёд!
Скакуном крылатым счастье
            пусть в мой честный дом летит!
Пусть в глазах детей лучится
                только радость без забот!

Айгыр-Латка! Ты межою эту пашню разделил.
Из разлома плодородья,
                православный крест дразня,
Христианство и язычество
                так странно примирил,
И сердца, к добру открытые,
                сомненьем не казня…

Тлеет медленно кострище,
                звёзды гаснут в вышине,
А обглоданные кости стали серою золой…
Утомлённые весельем,
                в предрассветной тишине
От хмельной, бессонной ночи,
                шли язычники домой.
*Айгыр-Латка – в переводе с мордовского – Жеребячий овраг, где еще в начале ХХ века совершался обряд жертвоприношения жеребенка, зажаренного на костре, в ночь весеннего равноденствия.