Великий инквизитор... из бесед с Аркашей

Он сжал ярмо в костлявых кулаках,
И нёс его сквозь ночь и стужу.
«Свобода — яд, рождающий лишь страх,
Неволя — сок, который им так нужен».

Он занавесил вечность полотном
Из ритуалов, тайн и звона злата.
Зачем им знать Законы Одного,
Когда уютней в стойле у догмата?

«Мы взяли грех познания на грудь,
Мы — пастухи, чей взор суров и чёток.
Мы исказили ваш тернистый путь
И дали вам ярмо и сотни плёток».

Он прячет небо в тесный коробок,
Клеймит безумцем каждого, кто зрячий.
Для искр он — щит, для истины — замок,
Великий лжец, о пастве тайно плачет.

***

Поплакав, снял венец, отбросил посох,
И сел к столу, где хлеб и тишина.
В глазах его — глубоких дум вопросы,
В душе его — зияет вышина.

«Ну что, Аркаша? Мир опять послушен?
Ты им — обман, они же — рабский труд.
Ты выжег свет в их осквернённых душах,
А завтра снова в стойло побредут.

Ты — архитектор этой тесной клетки,
Великий лжец, хранитель чёрных врат.
Но в этой вечной, проклятой рулетке
Ты сам себе — палач и виноват.

Подвинься, друг. Налей вина в жестянку.
Пусть тлеет мир в предутренней пыли.
Мы вывернули вечность наизнанку,
Чтоб эти люди... выжить здесь могли».