Одесский избирательный участок

Снаружи.
Лавочка — как центр политической мысли.
У входа очередь: одни идут голосовать, другие — обсуждать, третьи уже знают, кто виноват.
Табличка висит криво, зато уверенно.

На лавочке — двое.
Один с выражением «сейчас выберем — и заживём».
Второй — с выражением «мы уже выбирали, но я всё ещё здесь».

— Скажите, а в этот раз… ну вот честно… будет лучше, как вы думаете?

— Конечно будет. В прошлый раз же было хуже — значит, логика требует улучшения. Мы ж не зря столько лет тренируемся.

— Ну а вдруг повезёт? Новый человек всё-таки…

— Новый — это хорошо. Как новый год: сначала надежда, потом салаты, потом понимаешь, что это тот же холодильник.

(из дверей выходит женщина, уже недовольная, хотя только зашла)

— Но ведь кто-то же должен навести порядок?

— Конечно должен. И каждый думает, что это кто-то другой.

— Ну а как иначе? Мы же выбираем!

— Выбираем, да. Сначала выбираем, потом обсуждаем, потом разочаровываемся…
Потом снова выбираем — уже с опытом разочарования. Это у нас система с накоплением.

— А если выбрать правильного?

— О, это любимое. Найти такого, чтобы за всех сразу и хорошо.
Чтоб и умный, и честный, и за нас думал, и жил за нас, и если что — виноват был тоже он.

— А что, таких нет?

— Есть. В фантазиях — очередь стоит.

(проходит дед, машет рукой)

— Голосуйте, говорит, правильно!

— А как это?

— Ну, как я!

(идёт дальше, довольный)

— Ну ладно, политика… А в жизни-то? Люди ведь тоже ждут: встретил человека — и всё, счастье.

— Конечно. Назначил другого ответственным за своё настроение — и ходишь проверяешь: работает или уже сломался.

— А если не работает?

— Тогда ищем следующего кандидата. У нас выборы постоянные.

— А духовные учителя? Сейчас их столько…

— Конечно. Один говорит: «Я знаю путь».
Другой: «Я — сам путь».
Третий: «Подпишись — покажу путь».

— И что, никто не помогает?

— Помогают. Особенно если вы готовы что-то делать сами.
Но это уже не всем подходит.

(пауза. Люди заходят, выходят, обсуждают, как надо было)

— Так что, получается… никто за меня ничего не сделает?

— Ну почему никто…
Сделают. Обещают точно.

— А по факту?

— По факту — вы один в списке исполнителей. И вы же — заказчик.

— Подождите…, то есть спасителя нет?

— Есть.

— Где?

— (смотрит на него внимательно)
Вы паспорт с собой брали?

— Ну да…

— Вот там и записан. Мелким шрифтом, но без альтернативы.

— Но это же ответственность…

— А вы как думали? Демократия — это когда выбираешь.
А взрослая жизнь — это когда отвечаешь.

— А если люди… ну… повзрослеют?

— Тогда участки закроются за ненадобностью.
Никто никого спасать не будет.
Каждый уже при деле — у себя внутри.

(из динамика кричат:)
«Уважаемые граждане! Голосование продолжается!»

— Скажите… а за себя голосовать можно?

— Можно.
Только это уже не раз в четыре года.
Это, дорогой мой… каждый день.