Часть 1. Святой мученик Харалампий

Шёл второй век от рождества Христова,
Септимий Север в Риме стал царём.
Он мукам подвергал и истязал любого,
кто игнорировал всех идолов его.

А в это время в городе Магнезии
Харалампий жил, епископ христиан,
он наставлял людей на путь спасения,
и слово Божие нёс с верой в массы там.

Рассказывал он о Небесной вечной жизни,
и в проповедях наставлял на этот путь,
за что был схвачен, и судим, и покалечен,
подвергся таким мукам – просто жуть.

Когда с него содрать хотели кожу,
он истязателей за то благодарил:
— Благодарю за кару и мук ношу,
я этим самым дух свой укрепил!

Карателей не осудил он и полсловом,
а лишь молился о них, к Господу взывал.
Один из воинов и стал жалеть святого,
он, обессилев, на колени пред ним пал.

Рядом с Порфирием и Валтос пал ниц тоже.
Они уверовали, в тот день, в Иисуса,
сказав Харалампию: «Велик твой Боже!
Нет больше и на наших душах груза».

Тогда военачальник возмутился,
он приказал обоих воинов усечь,
а сам он, Лукий, за орудие схватился,
стал мучить старика и розгой сечь.

Но вдруг, о, чудо, его руки онемели,
они повисли, словно плети, на святом.
Упав на землю, Лукий взвыл: «Так чародеи
лишь могут действовать невидимым мечом!»

Он прохрипел тут игемону Лукиану:
— Старик – ведьмак! Скорей его казни!
А игемон решил: «Я бить его не стану,
лишь плюну в старика – останусь жив».

Когда к епископу он подбежал вплотную,
стал тщетно силиться плевок в него послать,
да смог он лишь харкнуть на твердь земную,
внезапно начал головой вертеть, чихать.

Великий ужас магнезийцев всех объял,
святого мученика принялись молить:
«Оставь свой гнев! Мы просим все тебя!
Не воздавай им злом за зло! Не надо мстить!»

Святой Харалампий им на то ответил:
— Господь Бог жив, дарующий нам жизнь!
Всех нечестивых Он погубит, предаст смерти.
Во мне же нет и капли злобы, гнева, лжи.

Народа множество уверовало тут же
и во Христа, и во Всевышнего Творца.
И полководец возопил: «Твой Бог мне нужен!
Избавь от тягостей, Харалампий, и меня!»

Излил пред Господом тут слёзное моление,
узрев смирение в карателях, старик.
От наказаний получили избавление
военачальник с игемоном в один миг.

Военачальник пал к ногам святого
и стал просить, чтоб он крестил его,
всему народу и Харалампию дал слово –
из христиан больше не трогать никого.

Хоть игемону Лукиану было страшно,
с доносом всё же поспешил придти к царю.
Узнав, что сталось, разозлился царь ужасно,
он в гневе грозно прокричал: «Убью! Убью!»

Царь триста воинов в Магнезию послал,
им приказал: «Харалампия схватить!
Карайте так его, чтоб смерти он желал,
чтоб его веру напрочь там искоренить!

Епископ, Христов мученик, был схвачен,
один из воинов гвоздище в него вбил,
когда за бороду к коню он был привязан,
его пинали, все глумились как могли.

А по дороге в Антиохию, к царю,
конь их, присев, заговорил по-человечьи:
— Об этом праведнике слёзы свои лью,
вы посмотрите – как он изувечен!

— Разве не видите Христа вы рядом с ним? —
спросил конь воинов, стоявших в исступлении,
— Порой не знаем сами – что творим! —
всё войско замерло, от слов тех, в напряжении.

А в это время был царю иной донос
о том, что воины его сменили веру:
— Не боги древние их пиетет, Христос,
епископ-волхв уж празднует победу!

Когда Харалампия приволокли к царю,
рассвирепел царь, бросился к святому,
он тут же сам вонзил под рёбра кол ему,
и приказал потом огнём жечь понемногу.

Но стойкость, невредимый старца вид,
в конце концов, царя угомонили,
решил он: прежде с ним поговорит,
да чудесами его вдоволь насладится.

А после Север приказал епарху Криспу:
— Подставь ему горящий факел к бороде!
Изгоним веру из него огнём, как крысу.
Да только старец невредим был и в огне.

От того факела огонь метнулся к войску,
объятых пламенем тушили, кто – чем мог.
А царь и Крисп взлетели вдруг на воздух,
обоих медленно вращать стал ветерок.

23.03. 2026 г.