109 Сонет Шекспира

Вариант 1

Не смей твердить, что я тебе солгал,
Хотя в разлуке страсти так тихи;
Скорей бы я себя сам потерял,
Чем ту, что в сердце прячет все грехи.
Там дом любви моей. И пусть вдали
Я странствовал, но я пришёл опять,
В тот самый час, как стрелки повели,
Чтоб чистой влагой пятна отмывать.
Не верь, пускай в природе есть порок,
Что губит кровь и разум каждый раз,
Что я б так низко опуститься смог,
Чтоб бросить всё, что связывает нас.
Весь этот мир зову я пустотой,
Лишь ты, цветок мой, вечно будешь мой.

Вариант 2

Не говори, что я душой кривил,
Хоть вдалеке мой пламень стал скромней;
Скорей бы я себя разъединил
С душой моей, что спит в груди твоей.
Там дом любви. И если я блуждал,
Как путник, возвращаюсь я назад,
Свой срок и час я точно соблюдал,
Слезами смыть готов я свой разлад.
Не верь, хоть души слабости полны,
Что осаждают всяческую кровь,
Чтоб так нелепо были мы больны,
Чтоб за гроши отдать твою любовь.
Ничто мне этот мир, его простор,
Лишь ты, как роза, радуешь мой взор.

O never say that I was false of heart,
Though absence seemed my flame to qualify;
As easy might I from my self depart
As from my soul, which in thy breast doth lie:
That is my home of love. If I have ranged,
Like him that travels I return again,
Just to the time, not with the time exchanged,
So that myself bring water for my stain.
Never believe, though in my nature reigned
All frailties that besiege all kinds of blood,
That it could so preposterously be stained
To leave for nothing all thy sum of good;
For nothing this wide universe I call,
Save thou, my rose; in it thou art my all.

Sonnet 109 by William Shakespeare в оригинале

Построчный перевод

О, никогда не говори, что я был неискренен,
Хотя казалось, что мое пламя угасло.
Я мог бы так же легко расстаться с самим собой,
Как с душой, что в твоей груди.
Это мой дом любви: если я и уезжал,
То, как странник, возвращаюсь обратно.
В срок, а не в другое время,
Чтобы смыть с себя пятно.
Никогда не верь, что в моей природе,
охваченной всеми слабостями, присущими человеческой крови,
есть что-то настолько нелепое, что может быть запятнано,
и что все твои добродетели могут сойти на нет.
Я называю ничтожной эту необъятную вселенную,
если в ней нет тебя, моя роза, — ты для меня всё.