Круговорот судеб - сельский бурлеск - 2

Летом на селе хорошо - настоящая почти пастораль - неприличная история о том, как неказистое зернышко под влиянием разных событий и пастушка стало бычком.
Зернышко не знает, в каком хлеву окажется.
         
        Пролог
        Это история о том, что одно невзрачное с виду зёрнышко, не спрашивая ничьей воли, пустило корни, проросло в стебель, развернуло лепестки и явило миру удивительно красивый цветок. Тем самым запустился механизм, который невозможно остановить молитвой и заговором, потому что природа всегда берёт своё. Даже самый хитрый философ вынужден признать: высокое и низкое — всего лишь две стороны одной питательной лепёшки жизни, а уж она, родимая, и семьи вяжет, и поголовье скота на селе определяет.

Зерно на землю вдруг упало,
Случилось так, что не пропало,
А не пропало – проросло,
Так победило естество.

Росток из зернышка пошел,
И на земле цветок взошел.
Да распустился тот цветок,
Его сорвали и в венок.

Венок на голову одела
Девица, что белее мела,
Лицо невиданной красы,
Цветы покрыли ей власы.

Пошла она к реке в тот вечер
И этот путь ей был отмечен,
Венок на воду опустила
И троекратно окрестила.

Плыви венок мой далеко,
С тобой прощаюсь я легко.
Венок уплыл, его не видно
И стало девушке обидно.

Пропал цветок сей на потеху,
Пропал за зря, пропал для смеху,
Не плачь, девчонка, не пропал,
Его у брода бык сжевал.

Жевал так долго, с аппетитом,
Водой запил, вы поглядите.
И тут же встретил он Буренку,
Шустра была та коровенка.

Воды насытившись с реки,
Поймут меня все пастухи,
Свершилось все, произошло,
Девчонку сильно развлекло.

Великой тайны в этом нет
И мы всегда найдем ответ:
«Куда пропал здесь наш цветок?
Зачем зерно пошло в росток?

Конец истории прекрасен,
Вот тут не надо пошлых басен.
Сыграли свадьбу с пастухом.
Что дальше? Помолчим о том…

Еще хотелось поделиться,
Прошел черед - бычок родился.
Теперь все точно - вышло в прок,
Зерно, земля, росток, венок...   
         
     Эпилог
     И вот, когда вся эта возвышенная кутерьма со вздохами, венками, гаданиями на воде и девичьими слезами благополучно докатилась до своего логического предела, оказалось, что никакой мистики, одна голая физиология: цветок превратился в бычий корм, а там, где корм, там и пастух, который, понятное дело, не столько от волков стадо пас, сколько свой интерес знал. Вот и стал он главным выгодополучателем при таком естественном приросте поголовья, что даже вчерашняя плакса, убивавшаяся по венку, быстро утешилась. Ну, а дальше такой сельский пейзаж сам просится под венец — осталось только крикнуть: «Горько!»