Поэма о женщине

Жил физик, погружённый в мысли, 
Любовь земную обходил, 
Его душа в науке видела 
Тот идеал, что сердцу мил. 

А я живу у станций метра, 
Храню в груди недосказанный долг, 
Себя не забываю, но ветра 
Чужих чувств обгоняют мой порог. 

Над миром звёзд сияют очи, 
В душе — весенняя пора, 
И чистота, как отблеск ночи, 
Манит из дальнейших широт. 

Лечу, как птица в поднебесье, 
Где нет ни горечи, ни ран, 
Чтоб обрести души воскресенье 
И светлый путь сквозь тихий туман. 

Бегу от взглядов слишком смелых, 
Ловлю огонь своей мечты, 
Желаю праздников несмелых, 
Где счастье есть, а слез — ни ты. 

Смотрю на мир с тоской и лаской, 
Кого бы пригласить на пир? 
Брожу тропою лесной, как в сказке, 
Храня тот внутренний эфир. 

В ветвях — как музыка, наигрыши, 
Под небом сосны шепчут мне, 
Подруги нет, но в сердце слышен 
Призыв к родственной душе. 

Читаю строки тех поэтов, 
Чей дух созвучен стал моим, 
И в их героях, в свете этом, 
Я узнаю свои пути-дороги им. 

Найти бы друга — вот желанье, 
Вечерний холод в груди гложет… 
Но в метро — внезапно встречанье, 
И долгий разговор, что всё возможет. 

С крыш капли дождевые льются, 
А в сердце — марш, что полон сил, 
Слезам сегодня не пролиться — 
Любовь и дружба свет хранит. 

Гляжу на годы пролетевшие, 
На чувства, что ушли во тьму, 
Лишь об одном душа трепещет: 
Он не плох, и люблю его. 

Но он сложнее, чем казалось, 
Думал долго о той встрече я, 
Стихи его, хоть не сказались 
Блестящими, — в самую цель попадают. 

Шутит, пишет, будто в шутке 
Скрыта скука бытия, 
«Занялся бы лучше делом, друг мой, 
А не трезвонил, как гусь, с утра». 

Письма шлёт он ежедневно, 
Что с ним — не пойму, куда несёт, 
Назвать своим — ещё не смею, 
Руки даже не возьмёт. 

Но в душе рождается покой, 
Когда мечтаю о любви, 
В зале слушаю порой 
Басы, что душу веселят. 

Когда в ушах — могучий Бах, 
А в сердце — Пушкин, Фет, Моцарт, 
Любимой музыки тот шаг 
Наполняет светом жадный взгляд. 

В посланьях вижу дар прямой, 
Хоть мыслей рой — не всегда дар, 
Но радость льётся же струёй, 
Он светит, будто в мире — жар. 

Таланты щедро он дарит, 
Не требуя ответных слов, 
В душе моей, как свет, горит, 
На лестнице грядущих веков. 

Забуду ль? Нет, такой — редкость, 
Но и понять до конца нельзя, 
Куда заведёт меня улица 
Жизни… Ах, её глаза! 

Когда-нибудь его увижу, 
На ужин приглашу, мечтаю, 
Друзей своих тогда созову — 
Слушать поэтов, как благословение раю. 

Стихов своих у меня нету, 
Зато рисую я легко, 
Тушь развожу на столе этом, 
Друзей слабинки берегу. 

Наверно, скоро он забудет, 
Когда другая в сердце войдёт, 
Но я, как светлый миг, не убудет 
Тот образ, что он принесёт. 

С наслажденьем слушаю поэзию, 
Но всё ж не до конца пойму: 
Какая в нём сокрыта сила, 
Каким путём идёт к уму? 

Не спится, мысль грызёт, томится, 
Страданье снова в душу льнёт, 
Куда б ни шла — он словно длится, 
И лишь под утро сон придёт. 

Мечта моя! И я не одна, 
Боль моя! И вновь одна. 
Думаю о нём упорно, 
Ценой становится оно — долга вина! 

Долго ль думать о нём можно? 
Простить не смогу, увы. 
Надеждой тешусь осторожно, 
В этом — мой душевный прыж. 

Но, видно, я несправедлива, 
Совесть шепчет: «Будь светлей!» 
Какие думы, правда, живо 
Вызвала в нём судьба моей? 

Мысль за мыслью — целый рой, 
К чему ворошить прошлый хлам? 
Жизнь реальная, с её грозой, 
Не вернёт тот день, не даст нам. 

Напрасны муки… Но постой, 
Зачем завела разговор с ним? 
Повод дала — и вот, порой 
Он вновь стихами говорит. 

В победу добра верю свято, 
Я катехизис прочла, 
Читаю строки, что когда-то 
Меня к надежде привела. 

Слово — не поймать, летит, 
Выпустил — его не воротишь, 
Бессмертия высокий щит 
Его творенья сохранит. 

Благодарна ему, однако, 
Счастья много приняла, 
Хоть один герой из мрака 
Воплотился — я ждала.

***

*Послесловие* 
Её мучает совесть: не готова 
Ответить так же — и страдает. 
Стихи, признания, основа… 
Но если б знала — я всего лишь исполнял 
Долг друга, что ей был послан свыше, 
Не от себя писал те строки жаркие, 
А лишь вёл её судьбы скрижали.