Цена в два золотых I

Сущное не способно хранить двуличие; пес ты, или человек."

Эта история… нет, скорее притча о том, как несправедливо устроена жизнь и как тяжело даются любые отношения у людей.

Глава I: Ввод

 Уже в четвертый раз Адаис поднимался на гору. Рядом, едва поспевая, шла Эльпида — его оруженосец, или, точнее, "оруженоска". Он упорно считал ее таковой, хотя такая профессия мало подходящая хрупкой девчонке.

Адаис был молодой и высокий кареглазый блондин, с тяжелой челкой, падавшей на глаза. Доспехи на нем сияли, а душа сверкала. Он был богат, силен и хорош собой — сам слишком хорошо знал об этом. Характер его скверный — в нем хватало эгоизма и жадности, вспыльчивость и неуважение прорывались в каждом слове, а решения он принимал быстро, почти не задумываясь. Он судил людей по рангу и обращался с ними соответственно. При этом он умел нравиться: мог говорить гладко, смотрел прямо, от чего женщины охотно к нему тянулись. От Эльпиды он требовал слишком многого — будто не замечал, что она едва держится на ногах после каждого своего шага.

Эльпида была зеленоглазой сиротой с длинными, вечно запутанными от пота и грязи, рыжими волосами. Адаис выхватил ее из рук работорговцев совсем малышкой, когда те уже собирались гнать караван после привала. Она была сообразительна и умна, но силы в ней было мало, и любая тяжесть отзывалась болью в теле.

Они поднимались на гору Хрусо Воуно. Название не давало Адаису покоя.
—Хрусо, наверное, значит «хрустальный», а Воуно… то ли «волна», то ли вообще «вонь»... Пока не знаю, но надеюсь, всё-таки «волна»...

Пока они шли, Эльпида дважды уронила щит с мечом — они были слишком тяжелы для ее рук. Адаис даже взгляда на это не бросил, лишь вмазал ей по голове своей тяжелой железной перчаткой. Он относился к ней не как к человеку со своим характером и своими страхами, а как к вещи, что должна всегда находиться рядом: она должна была носить, подавать, быть рядом. Никто другой с ним не пойдет: репутация у него была такая, что даже самые отчаянные отказывали ему в помощники. Делать ей, впрочем, с этим нечего, придется работать...