Поцелованные Афродитой

Она твердит, что я похож
На бедствие лихой стихии. 
Столь страшен, что по телу дрожь
Бежит, как иглы ледяные.

Как будто чрез одно мгновение
Молнии разрежут тучи. 
Весь мир падет, и то падение
Для всех нагрянет неминуче.

Как будто в легких кислород
Вдруг исчерпал свои резервы,
И неустанный крови ток
Трепетом души был прерван.

Она твердит, что этот вид
Так страшен и парадоксально
Неописуемо красив,
Что взгляд убрать почти нереально.

Раз ненавидеть, то всесильно,
Если любить, то сердцем всем.
И этих формул изобилие
Порой приносит мне проблем.

Она твердит, мол, в том весь я:
Эмоции, что льют без края.
Но смотрит мягко, не виня,
Мой гнев гармонией сменяя.

Мой пылкий нрав она смиряет
Созвездиями ясных глаз.
Волнения сквозь пальцы тают,
Лишь взгляд коснется всякий раз.

И мне прекрасней в мирозданье
Не довелось увидеть прежде,
Чем этот взор, что с обожанием
Скользит тепло, легко и нежно.

Он рваные стежки на шрамах
Смог превратить во Млечный Путь:
Там звезды вместо меток алых
И боли больше нет ничуть.

Не только раны; мое сердце
И ;жило, и расцвело.
Теперь не бьется в ритме скерцо
И не таит на мир весь зло.

Мне взгляд тот говорит «дыши»,
И я дышу совсем спокойно.
И в мятеже моей души
Не остаётся места бойне.

И признаю я вне сомнения,
Что мне теперь не перестать
Твоих небесных черт сплетения,
О, ангел мой, во всём искать.

Со снисходительным укором,
С немой досадой примечать,
Как дерзки стали нынче воры:
На свет твой ясный посягать!

Вот гласа нежного мотивы
Звук крадет гитарных нот.
А огоньки в глазах игривых
Себе присвоил звездный свод.

Вишневый сад — твой запах сладкий,
Что разум мой пьянит, пленит…
А мак у губ твоих украдкой
Берет свой алый, нежный вид.

А ветер же совсем лукаво
Ласкает мне лицо, персты…
Он без стыда похитил право,
Коим владеешь только ты.

Но пусть крадут! То не тревожит,
Ведь я хитрей их всех в стократ.   
Тем одарен, что взять не может 
Ни звездный свод, ни сладкий сад.

Мне благодать, им назидание!
Лишь я один — любимый вор
Всей любви, что есть в сознании
Той, кто дарит звездный взор.

Той, чей взгляд не пропускает
Грубых, больно колких черт.
Кто просиять вдруг заставляет
И как меня влюблять — эксперт.

Все ты. Твой глас, и взгляд, и нежность
Пытаются украсть все враз.
Но все это смешная тщетность:
Ведь ты моя в заветный час.

И я готов бы вновь и вновь
Словами чувства воспевать,
Твою блаженную любовь —
Мой мир, и рай, и благодать…

Но что слова? Они не могут
Все в полной мере передать.
Но сердце отдавая слогу
Ясней могу я понимать:

Что люди, кажется, не скверны,
И чаще льется чистый смех. 
Он исцелил мой ропот нервный
И сделал вдруг счастливей всех.

Что я нуждаюсь бесконечно
В объятиях, в крыльях за спиной,
И в том, насколько я беспечен,
Насколько я теперь живой…

Что мне не важны осуждения,
И прост, как ясный день, ответ:
Зачем мне жить без к жизни рвения
И если в жизни смысла нет?

Что хватит ласкового взгляда
Твоих бездонных глаз, чтоб знать:
Теперь, когда ты здесь и рядом,
Мне есть, что в мире потерять.