Где гаснут окна

В деревне всё"своё"! — твердят из квартир,
Мечтая о масле и свежем яйце.
Но рухнул давно этот сказочный мир,
Оставив лишь горечь на каждом лице.

Чтоб выкормить птицу — купи-ка зерно,
А сено по ценам — как слиток литой.
Хозяйство держать не под силу давно,
И хлев заколочен, годами пустой.

Совхозы разбиты, и ферм больше нет,
Растенья, стада — всё ведь пущено в прах.
Мужик уезжает "за газ и за свет",
С тоскою о доме в усталых глазах.

На вахтах, на стройках, в чужой стороне,
Чтоб вырвать копейку — семью прокормить.
Какое "своё" в этой дикой цене?
Тут выжить бы просто, не то что зажить!

И гаснут окошки одно за другим,
Уходит в закат молодая душа.
Лишь старые избы, окутаны в дым,
Свой век доживают, едва лишь дыша.

А в креслах уютных — зажравшийся чин,
С зарплатой в бюджет целой сотни дворов.
Ему невдомёк, нет для грусти причин,
Пока в его мире всё сытно и "ок".

А кто "в курсе дела", лишь речи ведёт,
О "светлом селе" и реформах поёт.
Но словом пустым ничего не вернёт —
Деревня под гнётом разрухи умрёт.

Приди-ка и ты, поживи на "своём",
Иль за гроши погорбаться немного.
Узнаешь, как пахнет земля под дождём,
Когда за порогом — лишь прах и тревога.

Сумей за "спасибо" зерна закупить,
Когда кошель пуст и выдохлись силы.
Легко в кабинетах "хозяином" быть,
Пока деревням лишь роют могилы.

Жаль, нету хозяина этой земле,
Растить сокровенное, всё возродив,
Чтоб жизнь полной грудью кипела в селе,
Звучал над полями призывный мотив.

Но вместо колосьев — лишь горький бурьян,
И вместо рассвета — тупик и развал.
Что было когда-то в руках у крестьян,
Чиновничий росчерк навек растоптал.

22. 03. 2026.