Не спрашивайте меня о национальности

Не спрашивайте меня о национальности. Ответ очевиден. Я говорю по-русски – значит я русская. Но всегда найдутся копатели, которые начнут углубляться в родословную, и уточнять, и переспрашивать.
Давайте я сразу отвечу на все вопросы. Мой отец – русский. Моя мать – немка.
Моя прапрабабка по бабушке-немке была еврейкой. (Дедушка-немец потерял дар речи, узнав об этом.)
Мой русский отец родился и вырос в Удмуртии. Его предки пришли в эти приволжские земли откуда-то с севера давным-давно. Разумеется, в моих жилах течёт и удмуртская кровь. На старинной семейной фотографии рода Клабуковых сидят и стоят человек тридцать: половина тёмно-русых, узколицых, горбоносых, вторая половина – круглолицых, веснушчатых, рыжих (смешение русской и удмуртской кровей налицо).
И это только то, что я знаю. А чего не знаю!.. И кто же я? Русская.

Национальность определяется ведь не цветом кожи, не местом рождения, даже не языком, на котором говорит человек. Национальность определяется тем, на каком языке человек думает. Я думаю по-русски.

Вообще я родилась в Казахской ССР Советского Союза.  По моему мнению, Казахстан во второй половине XX века представлял собой настоящий Ноев ковчег. Кого там только не было! В маленьком целинном посёлке, в котором я выросла, жили представители 101 национальности или народности. Наверное, поэтому никому дела не было, какой кто национальности. Делиться по национальному признаку было просто бессмысленно.
Калгановы и Клабуковы, Идрисовы и Хакимовы, Нестеровичи и Кифоренко, Сейдалины, Баёвы, Надточие, Беккеры, Вайнгарты, Массальды,  Евлоевы, Селезнёвы, Горшты, Жузеевы… Это ещё не все фамилии. Видите, какие разные? Люди тоже были и есть разные. Что их объединяло? Искренне считаю, что объединяющим началом был язык. Понятный всем и доступный всем язык. Русский язык.
Родной русский язык открывал нам тайны мира, звал в заманчивые дали, приглашал в путешествия, зачаровывал песней. Слова, ёмкие и звонкие, загадочные и ясные, притягивали к себе.
Родина – земля, где родился. Родник тоже родился, но только в земле.
Родина – земля отцов, Отечество. По отцу отчество. Отчество – связь с отцом. Отец – это часть Отечества.
Ничего случайного, лишнего, избыточного. Как у Пушкина, у нашего бессмертного Александра Сергеевича.
Лично я многим обязана Александру Сергеевичу. Любовью к родному языку. Любовью к слову. Любовью к краткости и ёмкости выражений. Именно произведения Пушкина зародили интерес к слову.
Потом были Лермонтов и Гоголь, Тургенев и Толстой, Тютчев и Фет, Чехов, Блок и Пастернак, Есенин и Маяковский. Но начиналось всё Пушкиным.
«Капитанская дочка» Александра Сергеевича, прочитанная мною бессчётное количество раз, ни разу не оставила равнодушной. И каждый раз это вечное произведение блистает новой гранью, словно приоткрывает тайну. Тайну языка, тайну души. Что есть честь? Любовь? Семья? Долг? Честное имя? Ответы найдёте в романе Пушкина «Капитанская дочка». И этот роман не единственное произведение Александра Сергеевича. Он нам оставил столько, что мы должны вспоминать его имя в наших молитвах.
Язык – это душа. Душа – это язык. Помните, у Льва Толстого: «Глаза – зеркало души». Бесспорно. И добавляю: «Язык – зеркало души тоже».
Когда-то было модно выезжать на ПМЖ в страны Европы, в первую очередь в Германию. Почему я, наполовину немка, воспитанная немецкими дедушкой и бабушкой, не уехала, как и многие?
Язык. Я же не только говорила по-русски (я и по-немецки могла). Я по-русски думала и думаю. А если человек думает по-русски, то и жить он будет по-русски.
Недоверчивые к чужакам, своим мы отдадим последнее. И в пиру, и в деле мы не отмеряем. Всегда по полной. Не завидуем чужому счастью и не злорадствуем по поводу чужого горя. Мы чрезвычайно любознательны: нам интересен мир во всех его проявлениях.  Позовут на помощь – придём и поможем. И не позовут – придём и поможем. А плакать будем наедине с собой, потому что слезами горю не поможешь. Мы надеемся на Бога, но и сами не плошаем. Мы – это мы. И с нами Бог.