Полюса остывшего сердца

Скажи мне, где рождается рассвет,
В каких краях берёт начало пламя?
Там, где любви потерян ветхий след,
Где над судьбой качается не знамя,
А лишь туман и горькая полынь.
Мы долго шли, дыханьем грея руки,
Но впереди — лишь ледяная синь
И тихий шёпот будущей разлуки.

«Любви все возрасты покорны», — пел поэт,
Но я добавлю: и кончине тоже.
В моей душе погас небесный свет,
И холод пробегает по подкоже.
Прости меня, но я не в силах лгать,
Слова любви теперь — пустые звуки.
Зачем нам тлеть и попусту страдать,
Сплетая в узел неживые руки?

Давай бежать на разные концы,
На полюса, где вечные метели!
Мы больше не влюблённые птенцы,
Мы — корабли, что сели на мели.
Прости за всё. Я больше не люблю.
Остыл алтарь, и свечи догорели.
Я этот миг, как горький яд, пью,
В плену своей безмолвной колыбели.

«Мы любим тех, кто нас не любит», — злой закон,
Но здесь иной финал у нашей драмы.
Разрушен храм, и вынесен икон
Последний лик из опустевшей рамы.
Ты ищешь искру в пепле бытия,
А я ищу забвенья и покоя.
У каждого теперь тропа своя,
И небо над главою — не родное.

Там, на краю, где падает звезда,
Где горизонт смыкается с бедою,
Исчезнет наше «вместе», «навсегда»,
Размытое солёною водою.
Не поминай ни лихом, ни добром,
Пусть память станет лёгкою, как птица.
Мы были книгой, писанной пером,
Но вырвана последняя страница.

Беги на север, я — на южный край,
Пусть между нами лягут океаны.
Не обещай и встреч не назначай,
Затянет время рваные изъяны.
Рассвет родится там, где нас уж нет,
Где новый день не знает нашей боли.
Я выключаю этот старый свет,
Лишая нас постылой, душной роли.

Прости... Прощай... На разные концы...
Разбиты в прах венчальные кольцы.
Лишь тишина. И полюса вдали.
Мы друг от друга навсегда ушли.