Он очень часто...

Он очень часто чем-то увлекался.
Привязывался, но на слабый узел.
Грешил подчас, нерегулярно каялся.
Конфузился любя, играючи конфузил.

Был очень часто чем-то недоволен.
Бессмысленно, без повода, напрасно.
И зачастую становился болен,
И скучен и уныл. Но видел ясно

В чём причина этого провала.
Когда болит внутри. Когда воронья стая
Как падаль сердце с криком разрывала,
И жаждала ещё, не улетая.

Он мог любить от сердца, пылко, чисто.
Смеясь, надеясь, изнывая, плача.
Себя - за что-то, прочих - бескорыстно.
Но выходило часто всё совсем иначе.

Глядел он прямо, но слова юлили
Сбивая с толку путанными мыслями.
И вновь, почуяв сладкий запах гнили,
Койоты-демоны неподалёку рыскали.

Измученный, заклёванный, понурый
Внутри не изменился ни на йоту.
Он силуэт роршаховской фигуры
В кругу ворон и воющих койотов.

И воет сам, как будто часть его украли.
Как будто солнце в нём перегорело.
И наступила тьма...
                Оставлю без морали.
Пока мораль вконец не надоела.