В туманной дымке стелется дорога

В туманной дымке стелется дорога,
Там ветер плачет в жухлой борозде,
И тянет вдаль усталая тревога
О чьей-то незавидной, злой судьбе.
Там, за селом, под крышей покосившейся,
Где вечер в окна льёт багровый свет,
Живёт старик, судьбою не насытившийся,
И ждёт весны, которой будто нет.
Он помнит годы – трудные, суровые,
Когда земля кормила да с трудом,
Когда не песни – вздохи горем новые
Стояли глухо в воздухе сыром.
Он видел бар, и подати, и рекрутов,
И слёзы жён у чёрного крыльца;
Он слышал стон в ночи – не ветра трепетного,
А стон людского тяжкого конца.
Но всё ж в душе – не грусть и не отчаянье,
Не только боль прожитых долгих лет:
Там теплится святое упованье
Как тихий, не угаснувший рассвет.
Когда над полем жаворонок тянется
И колосится рожь в златом огне, -
Старик глядит, и вдруг лицо румянится
Надеждою о лучшем новом дне.
И верит он: не вечна мука давняя,
Не вечен мрак над русскою землёй;
Придёт пора – и правда православная
Взойдёт, как солнце, чистой полосой.
И станет труд не каторгой безрадостной,
А честной долей в братстве и любви,
И песнь взовьётся вольная и радостная
Над тихим лоном матушки-земли.