На Деребасовской

Тёплый одесский вечер медленно раскладывает свет по камню.
Дерибасовская улица дышит неторопливо — шаги смешиваются с лёгким смехом,
балконы держат тени, как старые воспоминания, и в этом мягком движении города время будто присаживается рядом.

На литой скамейке у бронзового Дерибаса двое сидят так, словно разговор начался ещё вчера и просто сделал паузу на ночь.

Мимо проходит жизнь — кто-то спешит, кто-то останавливается,
кто-то ищет, кто-то уже нашёл и молчит об этом.

И среди этого тихого одесского многоголосия вдруг рождается вопрос, который старше улиц и глубже времени.

— Сёма… а правда вообще есть одна, или у каждого своя?
— Правда одна Боря…
просто у каждого к ней свой угол зрения.

— Это как?
— Ну вот смотри…
один стоит внизу — у него один пейзаж.
другой поднялся — у него уже горизонт шире.
и оба, между прочим, не врут.

— Хочешь сказать, все правы?
— Я хочу сказать…
каждый аккуратно держится за свой кусочек света
и думает, что это уже всё солнце.

— Тогда зачем спорят?
— Чтобы защитить то, что успели понять.
Человек ведь как устроен…
понял немного — и уже бережёт, как последнее.

— А если он ошибается?
— Значит, это его ступень.
Без неё выше всё равно не поднимется.

— Интересно ты говоришь…
получается, истина растёт?
— Она раскрывается.
Как будто свет через стекло проходит…
с одной стороны — один отблеск,
с другой — уже другой.

— А где тогда настоящая?
— Весь свет — настоящий.
Просто никто сразу весь не выдерживает.

— То есть… сегодня понял одно, завтра другое?
— Конечно.
Если сегодня то же самое, что вчера —
значит, ты просто удобно устроился.

— А те, кто уверенно говорят: «только так и никак иначе»?
— Они просто стоят на своей ступеньке
и решили, что это уже крыша.

— И что с ними делать?
— Ничего…
у каждого свой маршрут к пониманию.

— Даже если он совсем не туда идёт?
— Если идёт — уже не зря.
Хуже, когда человек остановился
и начал учить дорогу других.

— Слушай… красиво звучит.
Но в жизни-то всё жёстче.
— В жизни…
люди просто быстрее спорят, чем смотрят.

— А ты как понимаешь, где истина?
— Там, где внутри становится тише.
Без доказательств, без крика…
просто спокойно.

— И всё?
— А тебе мало?
Спокойствие — это когда ты перестал воевать
с чужими гранями.

— Получается… у каждого свой кусочек?
— У каждого свой свет.
И когда человек его держит честно —
ему потом добавляют.

— Кто добавляет?
— Жизнь… Бог… как хочешь называй.
главное, чтобы ты не закрывался,
когда становится ярче.

— А если ослепит?
— Тогда прищуришься…
и продолжишь смотреть.

— Ты так говоришь, как будто всё это уже проходил.

— Я тебя умоляю…
я ещё даже до середины лестницы
себе цену не договорился.