Из никуда и в ниоткуда мои судёнышки плывут, строка пульсирует причудой и оживает; тут как тут и эти облачные стрелы, и рыбы говорят впотьмах, и ювелирные прицелы внезапно вязнут не в устах, а где-то глубоко в желудке, в гортани или позвонке – и ждёшь, когда они очнутся и замелькают налегке, как птицы или анемоны, защёлкают и запоют под молоточек ксилофона, не уходя на пересуд повествовательных арбитров, высокоумных дураков, – как говорил отец Димитрий, их критикуя за «лохов».
Услышит, кто имеет уши, соизмеримые с душой: нет ничего на свете лучше, чем поражение строкой для расселения мелодий на лодке жизни над землёй, без скуки и вранья – напротив, из небреженья болтовнёй.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.