Город уснувших грез

Планеты парили в ночном небе, а волны мягко шелестели на песке. Скалы отражались в светлых бликах и ветер пытался о чём-то шептать. Человек молча стоял на берегу, потом улыбнулся и круто развернувшись пошёл к замку. На площади играла музыка и танцевали люди, парами и в круге, притопывая и прихлопывая. Карнавал, это всегда весело! Особенно если это ночной карнавал, когда даже маски улыбаются странно и непонятно, отражая огни и внезапно скрываясь в тёмных углах. Человек шёл мимо веселящихся и его иногда толкали, но почти не замечали. Он приблизился к какому-то прилавку и бросив монету, взял медовую лепёшку, с пылу с жару и разрывая её пальцами, не торопясь поглощал, не забывая рассматривать карнавал. Но вот и лепёшка закончилась, человек, стряхнув крошки с рук, продолжил свой путь прямо к неприметной дверце в одной из замковых башен. В очередной раз поднимаясь по крутой и очень узкой каменной лестнице, он вдруг подумал, как ему нравится по ней подниматься, снова и снова. И снова улыбнулся. В его комнате всё осталось тем же, чем и казалось ранним утром, старинные фолианты, разбросанные на большом деревянном столе, масляный фонарь, кувшин с вином и кубок рядом, всё находилось на своих местах. И витражи радовали привычными красками. Человек развалился в деревянном кресле, забросив вытянутые ноги на табуретку и принялся листать один из фолиантов, пустые страницы которого сейчас кажется заполнятся буквами. Да, пора сочинять. Перекрёсток Миров благосклонен к тем, кто Сочиняет.

Часы не бьют и стрелки встали,
На площади дворцовых песен,
Где смехом день с утра встречали,
Где рынок был торговцам тесен.

Лишь дым вгрызается зубами,
В рельефы стен, домов фасады,
Молчит фонтан, увитый снами,
И спесь дворцовой анфилады.

И бьётся сердце в замке старом,
Где в серых стенах мрак встречает,
В подвалах печи дышат жаром,
В них связь времён забытых тает.

Вот молот одиноким стуком,
Порвал тугую связь мгновений,
Играет лютня странным звуком,
И горн, не знающий сомнений.

Здесь птица волком обернётся,
Серебряной и звёздной масти,
А по стене лишь тень крадётся,
В погоне за вершиной власти.

Здесь маски застыли средь тусклых огней,
И холоден свет карнавальных теней.