10 000 000 лет назад, глава 4

Глава 4
---------


Новый железнодорожный разъезд от прежнего не отличался более значительным количеством путейских домиков. Зато располагался угольный склад здесь, и ради пополнения топливного припаса на дальнейшее продвижение среди хватательно-способных тропических деревьев не помешало бы подсуетиться  экипажу бронепоезда: в том числе хозяйственному старшине. Он зашагал туда, куда ему приказано было начальником, и начал препираться там с возразительно громким  служащим. Которому почему-то не желалось сотворить выделенную пайку, или точнее - меру, весом на пару тонн посолидней. А вдруг, толковал Фим угольному сохранителю, противник повредил шпальную решетку? Рельсовые крепления? И нам предстоит целые сутки заниматься в джунглях ремонтом? Придется паровозу все часы выстаивать под парами. Тут, в растительно-могучих  тропиках,  расстояния такие, что...ведь не доедем до следующего разъезда, в  нужный срок не выполним боевую задачу! Нет, но какие шустрые молодцы, сопротивлялся хмурый путеец, объявились в нашей глухомани. Когда одни путники получают свое, законное, положенное и не пытаются клянчить, эти путешествующие позволяют себе разговорную  супротивность: будьте  напрочь уверенными, наслышаны  мы о дотошности некоторых приезжих умников!  обширно-правомочные джунгли ведают уже про статистику Лака, про его большеголовых ящериц! Фим не сдавался, доказывал свою правоту. Договориться, разумеется, враз не удалось, но когда уломал строгую сторону, пришел солдат: есть для старшины приказ новый! надобно прибыть в штабной вагон!

Там для старослужащего могла обозначиться укоризна от командира за превышение полномочий, однако мог проявиться также случай касательно возникшей в дороге нежданности. Думай, хоть так, хоть эдак, только стоит губы сжать, лоб нахмурить: не игру показную играть! быть готовым свою догадливость выказать по всему полезному для бронепоезда порядку! Насчет черного топлива Лак доклада от прибывшего не ждал, ему что на сей час возжелалось от подчиненного? Ты, мол, давай-ка пристраивайся поближе к столу, старый знакомый! Вот тебе стакан чая, пей неспеша, и если не откажешься подрассказать кое-что про самородное золото, ладно. Не грех нынче послушать твою историю, коль несколько дней назад не удосужились мы обсудить металлический вопрос. Кстати, десяти минут не прошло после того, как грянуло с вулканическим усердием на южном склоне северного континента. Успел бронепоезд далеко зайти вглубь здешних тропиков, но все же: учуял ты какой-либо толчок возле кучи угля на складе или как? "Не до того было, - Фим отхлебнул толику чайного угощения. - Охота недовольному угольщику приключилась ворчать самозабвенно. Впрочем, понять друг друга мы сумели". Чаепитие, с поглядом в северные земные области, продолжалось. Увлекаться настойчивой заинтересованностью в таковской беседе Фим не спешил. Невысказанные мысли однако шли своим наступом: чтобы заметить болтанку материков, гремучим вулканам полагалось иметь размеры отнюдь не малые, верно? тогда высоту гор надо было иметь где-нибудь километров под тридцать, а то и - пятьдесят! Бывший армейский служака мог порассуждать в подобном направлении, хотя представить себе мощность - одного за другим -  магматических взрывов, если в зримости какой, выходило делом трудноватым.

Лак, словно услышав мысли подчиненного, уверенно заявил: "Солнечная система не такая уж старая, оттого увлеченные процессы становления горных высот у всех планет пока что неуклонно развиваются. В этой связи не помешает получше присмотреться к твоему золоту, правильно?"  Старшина согласно кивнул, потом еще раз мозгами пораскинул и голову  пошел клонить - опять, опять, опять. Кивает в ошеломленности, законно сам на себя удивляется: "Вот же штука металлическая! Ты прав, командир! Ходил я, как простой любитель пешехожденья,  на южный склон того края, где вулканам ныне свобода громыхать! Там, на одной вершине, достаточно плоской, довольно-таки обширной, цельный мешок золотых самородков носками сапог насшибал. Видать, никто раньше туда не заглядывал." Дальнейшее обсуждение странного месторождения застопорилось на вопросе, кто на гору невысокую раньше заглядывал: в пяти-шести километрах от разъезда сильно громыхнуло. По той ветке бронепоезд  продвигался, чтобы все-таки остановиться на полдня за ради прибавления к своему топливному припасу. Неискоренимое величие джунглей, их континентально-территориальная значительность не позволяли даже какую мысль допустить насчет особой всезнающей опытности у разведчиков противника. Может, они и прослышали о задаче, поставленной бронепоезду, но тогда что же? Ринулись отыскивать в тропическом - чуть ли не бесконечном - изобилии сию артиллерийскую, крупнокалиберно армейскую единицу? Видимо, не ведали о дне отправления в дорогу, о скорости продвижения бронированной машины, однако поспешили подорвать железнодорожную ветку на возможном направлении. И вышло, что промахнулись: стальной поезд успел на полных парах домчать до разъезда, где располагался весьма потребный угольный склад.

"Мне возможно предполагать разное, - обдумывал командир экипажа ход событий. - Сегодня постарались нам устроить задержку очень большую, завтра смогут сообразить, как подорвать железную дорогу точней, понадежней. Чтобы нас ожидало непременное крушение в днях новых". Нужна строгая торопкая подвижность бронепоезду! Последовал приказ Фиму готовить экипаж к отправке срочно. Если действует ныне супротивно всего лишь один боевой отряд, то появляется шанс опередить подрывников сызнова. Старшина сумел поусердствовать энергично: неполный час потребовался, чтобы с докладом явился. "В соответствии с указанием загрузка топливом полная, даже  -  с определенной прибавкой! Загрузка водой такова, что хватит  по мере необходимой экипажу, а также скоростному паровозу вплоть до прибытия в назначенный пункт! Разрешите выполнять следующее приказание!"  Командир молча выслушал знакомца, знавшего, как говорится,  толк в службе и не стеснявшегося при необходимости выказать четкое воинское прилежание. Бронепоезд, не теряя ни минуты, застучал по рельсовым стыкам, и если застучало еще кое-что у Лака, то  -  в голове мысль, при уходе с разъезда родившаяся. От сверхсрочника ее утаить? Не было никакого смысла загонять ее в какой-нибудь дальний угол, будто нерадивый ты подметальщик в теплушке, для которого у Фима всегда имелся серьезный выговор. Мечтал о том старшина или нет, однако не избежал объемистого знания: ты, мол, издавна мужик у нас крепкий! разных видов насмотрелся, вплоть до большеголовых ящериц у подножия вулканического! вплоть до щедро желтого, весьма тяжелого металла в горных высотах! Бои предстоят в целенаправленности беспощадные, и скрывать их природу теперь не стоит. Раз противнику, как сегодня выяснилось, наша задача уже не секрет, он станет нагнетать напряженность, любую зацепочку привечать. Чтобы не смогли наши дальнобойные орудия накрыть мощным ударом скрытый в глубине джунглей руководящий центр, со всеми там хитрыми донельзя мыслителями, опытными военными спецами. 

В штабном вагоне лихо переступать ногами,  свободно вышагивая из угла в угол, нет,  не зачастишь, быстро ушагаешься.  Лак остановился, перестав рубить воздух рукой, присел за столик у окна. Продолжается, дескать, обсуждение наших проблем, и поэтому, Фим, давай рядышком пристраивайся. Итак, не избежать нам схватки с  противником, намеревающимся расколотить стальные плиты, да и весь бронепоезд,  намертво. А  когда враз не провернется операция у него, то  решит ведь, не иначе,  в обязательности выбить  начисто у нас командиров. Допустим, приключится какая-нибудь внезапная рана, непотребная оказия  у меня, тогда, что ж, будешь начальствовать как самый в экипаже опытный, то есть займешь мое место. Не спорь, я знаю, о чем говорю. Кто первым догадался насчет топливной прибавки, потому что могут в дороге  быть особые трудности? У нас, пойми, экипаж состоит в основном из молодых солдат, но приказание  все же будет исполнено!  С твоей, старшина, уверенно-способной  помощью. Полагаю вне всяких сомнений размыслительных:  если  наши действия  пойдут в победном ключе, ты и в таковском, более счастливом,  варианте боев домой вернешься именно что начальником бронепоезда. Мне, в конце концов, пора уходить по возрасту в запас. Буду, как и раньше, заниматься вулканами, большеголовыми ящерицами. Этот интерес никоим образом не проходит у меня, понимаешь?   "Пожалуй, - подумал Фим, - станется неплохо, когда напишу письмо молодайке, с которой целовался. Жди, мол, возвращения моего. В качестве начальника бронепоезда. Между прочим, имею  в новом доме увешанную листами золота, очень светлую и довольно  просторную комнату для совместной жизни".