Поле

Выжженное одинокое поле,
глубоко впитались в землю краски,
солнце растаяло напрочь, с болью,
прожиточный воздух вдыхается вязко.
Деревья почернели и стали хрупки,
угольные вязаные шмотки останутся после ветра,
впитывает их глубокая недра земли,
пыль теряет остатки жизней света.
А пока — это неисправное поражение,
конечно, все заживет и все всем простится,
заживление порою, больнее ранения,
во что остаток жизни, может превратиться ?
Это, что-то абсолютно другое, не свое,
будет тихо взято, как-будто извне,
кожа пылает острым огнем,
черное небо в глазах, стало ярким во сне.
И все заново возвратится,
даже обстоятельства сами возвращаются,
все, так же всем простится,
а иногда, последствия не обсуждаются.
Обессиленные и выжженные воспоминания,
почерневшие кости, обугленные черепа, —
это отражение и связывающее основание,
обрушился мост, а под ним иссохла вода.
Надеюсь не услышу твое оборванное имя,
и не соединит нас ближайший пункт,
слышать о твоем существовании невыносимо,
поэтому оставлю это желание тут.
Страх покинутости переходит в страх доверия,
кругом вырытые лабиринтные траншеи,
отражение прячет извилистые тени за дверью,
объект становится для себя главной мишенью.
Дождь капает по земле, стуча барабаном,
будто бы с примесью отравляющего яда,
солнце выжигает на поляне глубокие раны,
трупы висят на деревьях, как гирлянда.
Все заживет и все всем простится,
снова зацветут поляна и лес,
каждый третий возвратится,
и уйдет в землю, каждый третий крест.
А если откопать, этот гнойный нарыв,
землю вскопать, куда все зарывается,
уходит на дно, где земля прячет зарыв,
раскрытая тайна, никому не прощается.