Отринув страсти плоти во имя музы

Пуст мой кошель – строфа моя полна,
Ах, сквозь мой слог вся нищета видна.
Как сказано, «блаженен нищий духом»,
Ведь мира горнего ему любовь дана.

Мне тяжек труд! Так, лютневый напев
Мечтами милыми наполнит души дев,
Но только тех из них, что грёзам верят,
Невинность сохранивших сласть узрев.

Ах, пыльный плащ уже забытых строф
В канцонах струн сокроет сласти слов.
Вновь освятит поэта путь презренный
Его блаженная любовь - тоски покров.

Высокомерной девой в пустошь тьмы
Взойдёт любви юдоль, чтоб без вины
Виною горькой наделить, бесславной,
Блаженно нищего поэта, что зрит сны.

И кто-то милостив, кто милости лишён,
Ах, кто-то властью над иными наделён.
И знаем мы, что власть в очах и в стане,
И в сдержанной улыбке, коль влюблён.

Я по; миру пошёл строфою в песнях тех,
Что спеты вдруг, и, размягчая души дев,
В блаженной нищете страстей до срока
Буду сгорать, увы, всё ж не познав утех.


12 июля 2024

Картина: Anton Romako - Neapolitanische Schenke