Закон

Я помню миг — всё полыхало,
То было чувством, но иным,
Предел достиг того вниманья,
Теперь он рухнул и застыл.

Алтарь стоит — он вера мёртвым,
Отдушина живым сердцам.
Спасал людей от страха светом,
А мёртвых видом устрашал.

Теперь больное скорбью тело
Нельзя молитвой обелить,
Когда своё уже без света,
В чужих восторг — не изменить.

Конец для жизни предвкушая,
Во тьме несчастного спасти,
Благое тёмным выставляя,
Нельзя так делать — всем святым.

Долина чахлая в разрухе,
А кубок в золоте угас.
Он всем живым — наказ и сила,
Когда бредёт слепой Пегас.

Рим пал, страдая от недуга,
Оратор предвещал беду.
Сенатор больше не в науке,
И нет величия во рту.
Ведь Колизей — он гроб всем павшим,
Когда-то жившим на земле,
Что умирали для потехи,
Как будто ценность лишь во сне.
На Палатинский холм взгляните:
Там император во дворце
Мечтает в мире о войне.
А акведуки все засохли,
По ним когда-то жизнь текла.
Теперь лишь пепел с кровью чёрной
Смешался в снадобье от сна.

Я помню миг — всё разрушалось,
Своё своим и не считалось,
А мнений много не сбывалось,
Где каждый в мире… Но в войне,
А сколько жизней потерялось,
И сколько судеб забывалось,
Когда весь миг родной в огне.

И не поможет больше святость,
Алтарь — он сгинул в пустоте.
Теперь клеймом вся жизнь свершилась,
Законом став, живёт теперь.
Он запрещает наставленья
И возвышает в сердце мрак.
И разум принял отраженье,
Что улеглось на нём, как клад.